Зато я наконец-то выспался нормально. А то в последнее время из-за этих безумных снов и постоянных походов я никак не мог полностью отдохнуть.
Медленно поднявшись с кровати, я зажег свечи, затем растворил свою валявшуюся на полу одёжку, так напоминавшую об этой прекрасной ночи. Сделав пару глотков воды и принарядившись в новенькую одежду, я решил пойти в столовую. Надеюсь найти Дашу там. А даже если ее там нет, то Марс будет обязательно.
По дороге я решил заглянуть в комнату Даши, так, на всякий случай. Но там никого не оказалось. В столовой одиноко сидел мужчина в строгом сером костюме, белой рубашке, синем галстуке и уплетал большую тарелку плова.
- Махмуд? - уточнил я.
- Салам, Паша, - сказал он, прожевывая еду. Его было не узнать, так как он сбрил бороду, да и вообще идеально гладко выбрил лицо, а еще этот его костюм. В таком виде он больше походил на преподавателя какого-нибудь престижного университета или солидного успешного адвоката, нежели на машину смерти.
- Я тебя не узнал, - признался я, присаживаясь к нему за стол.
- Решил привести себя в порядок перед большим праздником, - произнес он, проживав очередную порцию.
- Каким праздником? - удивился я и почесал затылок.
- Не слышал еще? - спросил Махмуд. - Изида и Курт решили устроить вечеринку. Нирвана в полном составе прибудет в Шпиль.
- А какой повод? - видимо, я слишком много спал, если тут такие события уже разворачиваются.
- Разве нужен какой-то повод, чтобы собраться вместе? - на этот раз удивился Махмуд.
- Праздник подразумевает, что празднуют какое-то конкретное событие, - начал я, но Махмуд лишь недоверчиво посмотрел на меня. - Ладно, лично я буду считать, что вечеринка состоится по случаю возобновления дипломатических отношений.
- Угу, - кивнул головой Махмуд, доедая свою огромную тарелку плова.
Марс вышел из своей коморки и уже направился к нам, когда открылась дверь в столовую и появилась Даша. Она была как всегда неподражаема, и даже ее растрепанная в последние дни прическа вносила нечто необыкновенное в эту хрупкую и непонятную девушку. Мое сердце при виде Даши стало колотиться сильнее, чем обычно. А перед моими глазами невольно всплывала вчерашняя ночь.
- Махмуд, пойдем, оставим их наедине, - быстро сказал подошедший Марс.
- Раз уж ты настаиваешь, - лениво согласился Махмуд и ушел в сторону выхода с Марсом.
Даша подошла ко мне, я встал и хотел поцеловать ее, но она жестом показала, что лучше этого не делать. После этого ее движения, мое сердце буквально долбило мои ребра, пытаясь пробить их. Я ничего не пойму...
- Надо поговорить, - присаживаясь напротив меня, сообщила Даша. Обычно когда девушка произносит фразу "надо поговорить", то это значит, что уже можно готовить веревку и мыло. Чтобы помыться и начать наконец-то учиться вязать морские узлы, надо же будет как-то отвлекаться от плохих мыслей в одиночестве и депрессии.
- Я слушаю, - сказал я дрожащим голосом.
- Нам лучше не продолжать, - прошептала она, смотря куда-то в сторону.
- Я думал, что тебе понравилось, - отчаянно произнес я.
- Понравилось, да, но не в этом дело! - внезапно перешла на крик Даша, посмотрев на меня. - Я не могу так, я вообще не могу встречаться с парнями!
- Гениально, надо будет запомнить эту фразу, если я захочу разбить какой-нибудь девушке сердце, - злобно сказал я.
- Проблема не в тебе, проблема во мне...
- И эту фразу я обязательно буду использовать, спасибо, - перебил я Дашу. Мои руки уже начали подергиваться от коктейля чувств, бушевавшего внутри.
- Ты невыносим, - прошипела она и отвернула голову.
- Я невыносим?! Я?! - окончательно закипел я. - Это я тебе голову морочил?! Это я тебя ночью соблазнил, а потом выкинул?! Ответь, давай! Расскажи мне, какое я дерьмо!
- Как я сказала: ты невыносим, - сохраняла она хладнокровие, и это злило меня еще больше. Ну, давай же, выплесни ты эмоции!
- Почему? - тихо спросил я.
- Извини, такой я человек, - спокойно ответила она.
- Знаешь, эту фразу я у тебя тоже сворую. И если я стану убивать молоденьких девочек и меня поймают, я обязательно скажу на суде: "Извините, такой уж я человек", - уровень моей язвительности поднимался вместе с уровнем адреналина и черепным давлением, которое в прямом смысле начинало раскалывать мне голову. Виски пульсировали так, что, казалось, они сейчас лопнут, и я забрызгаю тут всё красивыми фонтанами крови.
Мы оба смотрели в пол и какое-то время просто молчали. Я уже не мог рационально думать. Да и вообще думать не получалось. Слова не приходили на ум, мысли не доходили до сознания, абсолютная и всепоглощающая темнота в отдельно взятой голове. Я слышал лишь свое сердце, которое вырывали из груди, и чувствовал лишь давление своей крови, которое отдавалось в каждом кусочке моего тела.