Выбрать главу

Никакой практической пользы, а вреда уйма.

Но эту разработку прошлых веков упорно финансируют правительственные организации, на нее не щадят людских и денежных ресурсов. В прошлое, что ли они там все решили махнуть?

«Сейчас должен увидеть металлическую лестницу. Постарайся подняться на третий этаж, пройти через дом. Тогда окажешься на опорной балке белой башни. Там скажу, куда дальше»

Лестница? Ага, вон лестница. Ржавая, явно не надежная, оплетающая руины непонятно чего тугой спиралью.

Хватаюсь рукой за перила и с удивлением смотрю на оставшийся в сжатом кулаке обломок металла. Да, мир у основ белых башен — это вам не висящие в воздухе, на безопасном расстоянии от зараженной токсинами зоны особнячки на три миллиона жителей каждый. Этот мир полон риска.

Я мог бы попросить у Игнессы другую дорогу, ресурсы костюма позволят продержаться и при более интенсивном воздействии излучения, но я пройду здесь. У меня есть гордость. Я хочу доказать, и в первую очередь, самому себе, что могу не только просиживать кресло в достославном институте истории.

Прыжок, и я уцепляюсь в кладку стены. Экзоскелет исправно выполняет свою функцию и подтягивает меня на пролет лестничной клетки. По ступеням подниматься боязно. Слишком они шаткие.

Пальцы нашаривают на стене выступ, я упираюсь ногой и начинаю восхождение к следующей площадке. Из-под рук летят мелкие камешки, интенсивность свечения черных бороздок усиливается, я держусь. Руку сюда, ногу сюда. Руку туда, ногу туда. Есть.

Я переваливаюсь через бортик, скрипнувший под моим весом, и смотрю на цель. Вон она, еще одно восхождение.

Гляжу на стену и в шоке обнаруживаю, что неровностей нет. Обижаюсь на весь свет и далеких предков, создавших такое прочное строение и с опаской вступаю на первую ступеньку. Держит. Дальше.

Железо скрипит под ногой, но пока все нормально. Глаза Игнессы, а значит, и мои, не замечают разрушения материала.

А, черт с вами!

Нервы не выдерживают, и оставшиеся шаги я преодолеваю бегом. Тяжело дыша вваливаюсь в окно и падаю на пол. Сердце стучит в бешеном темпе аллегро модерато, перед глазами странный туман.

Риск. В наше время нет риска. Его нет!

Ага, нет. Если пробежка по шатким перилам не является риском, то я не профессор истории А. С. Карлан. Так, рабочий нижних уровней белых башен. Стоишь в защитном костюме и командуешь роботами — вдруг что не так сделают!

Встать. Нужно встать.

С трудом отжимаюсь, упираюсь коленкой в сгнивший материал неясно чем раньше являвшийся, оглядываюсь.

Разрушенная кладка, просвет в потолке, сквозь который виднеется неясное сооружение, в углу валяется кучка тряпья. Подхожу ближе, и Игнесса, получив более точную картинку с сканеров костюма, дает первичное изображение предмета.

Округлые уши, непропорционально большая голова, протянутые вперед лапы. Медведь. Игрушечный. Пролежавший здесь уже не одну сотню лет и успевший превратиться в нечто неузнаваемое.

Игрушек не было уже очень давно. Обруч — лучшая игрушка и для детей, и для взрослых. Единение разума с компьютером поможет запомнить необходимое в сотню раз быстрее. Мысленное воздействие тренирует гибкость разума, фантазию и многое другое. Дети воспитываются так, чтобы проявлялись их лучшие стороны, а специальная программа позволяет выбрать то направление деятельности, к которому ребенок более всего подходит и которое согласуется с его психикой.

Испытание на специализацию напоминает классическую игру. На тебя надевают обруч и ты оказываешься в мире, до последней молекулы похожем на реальность. Ты чувствуешь все, даже боль. Единственный случай в жизни, когда перед человеком распахиваются бесконечные возможности виртуального мира, так называемый эффект полного погружения, доступный лишь хронистам.

А все потому, что полное погружение — это наркотик, от которого нельзя оторваться. И наше государство, которое добилось чего-то, очень похожего на древние представления о коммунизме мягким тоталитарным режимом, развалится в мгновение ока. Зачем жить в реальности, если можно создать себе идеальный мир в своем сознании и прожить в нем свою жизнь властителем миллионов? Людям станет не нужна реальность, и они из нее уйдут. Ведь всегда можно скинуть обруч и вернуться обратно, не так ли? Ведь тот мир иллюзия, он не настоящий! Разок и все. Хочется посмотреть, как это, идеальный мир, созданный самим собой. Посмотрю и вернусь.

Смешно. Люди не меняются в отношении своих инстинктов. Пять тысяч лет цивилизации — это слишком малый срок, чтобы отделить себя от животных. Мы считаем, что себя контролируем, но большую часть нас, основную часть, составляет дикое животное, не признающее разума.

И от самих себя нас спасает государство.

Оно запрещает, но не много, а в самый раз. Оно дает свободу, которая почти не ограничена, за исключением парочки мелочных правил. Нарушить правила не получиться при всем желании, так как тот же обруч получить в руки никто не сможет. Здание испытаний полностью автоматизировано. Как и любой другой человек, я бывал в нем лишь однажды, когда окончил школу, и настало время войти в его ворота и обрести свою судьбу.

Белое — вот мое первое впечатление после преступление порога. Все, буквально все белое. И — красная указующая змейка, ползущая передо мной. Змея была как живая и даже иногда высовывала язык, но прикоснуться к ней я так и не решился.

Вслед за змеей я вошел в маленькую комнату без мебели. В центре силового поля, между двух белых дисков висел самый обычный обруч. Догадайтесь, какого цвета? Не правильно. Серебряного.

Серебряный обруч хрониста. Серебряный обруч проверки. Братья.

Я стоял и не двигался, а змея подползла к центру комнаты и обвилась вокруг одного из дисков. Тогда я решился. Я протянул руку, сжал обруч и надел его на голову. Виски прошибла боль, и сознание исчезло.

Вернулось оно сразу. Как будто закрыл глаза и тут же их открыл.

Я находился в музее. Рядом тянулись экспонаты сотен эпох и цивилизаций. Вокруг сновали люди, но я не обращал на них особого внимания. Я двигался вдоль стеклянных шкафов, рассматривая свидетелей ветхой древности. Замечательно, конечно. История — бесспорно, великая наука, я всегда ее уважал, я ее знал. Во всех прошлых тысячелетиях не было факта, который мог бы укрыться от меня.

Но это не мое. Нет. История не даст мне ответы, а мне нужны ответы больше, чем сама жизнь. Я вышел из музея и отправился бродить по улицам.

На ближайшие часы, пока компьютер не определит, что я могу делать, зачем я нужен, пока не совместит мои собственные желания, и то, на что более пригоден мой мозг и мое тело.

Я брел по городу, всматриваясь в лица людей, запоминая и размышляя. Я чувствовал, что должен что-то сделать, что-то ясное, однозначное, чтобы компьютер понял, что мне нужно, потому что я сам не знал, что из современного мира меня привлекает. История? Замечательно, но нет.

Бюрократия и управление, допуск высочайших уровней, вроде пятнадцатого, как у всех чиновников? Никогда не любил сидеть с бумагами и заниматься политикой. Техника? Я ее достаточно хорошо знаю, я могу, при наличии необходимых элементов и паяльной станции с присутствием ИИ собрать простенького робота, который сам будет думать, и я не раз таких собирал, но нет. Не мое.

Я сменял уровень на уровень, отмерял километры мостовой. Ноги налились настоящей усталостью, глаза начали болеть, но я упрямо брел по городу, размышляя о себе.

Когда один сектор кончился, я с некоторой дрожью, вспомнив недавние уроки физики, вступил в провал телепорта.

Шаг, я в другом куполе. Можно было пройти по крытому мосту, соединяющему купола на уровне земли, той черты, что раньше называлась уровнем моря, а сейчас является примерно серединой нашего города, но брать машину не хотелось, а идти было далеко. Установки телепортеров в этом отношении невообразимо лучше. Они позволяют попасть из любой точки планеты в любую другую.