– О, даже не знаю, Сарай. Может, из-за своего упрямства?
Девушка прекрасно ее поняла – нужно лишь попросить вернуть люльку, и Минья обо всем позаботится.
Как только Сарай выполнит свою часть уговора.
Они не обсуждали ситуацию в открытую – что Минья испортила люльку Сарай, – но это читалось в каждом ее взгляде.
«Пару минут отвращения, чтобы спасти всех нас».
Если Сарай убьет Эрил-Фейна, Минья позволит ей снова спать. Ну и что? Отказался бы ее отец от нескольких часов сна, чтобы спасти ее?
Хотя какая разница. Сарай все равно никого не убьет. Она действительно очень упряма и не будет жертвовать своей порядочностью и милосердием ради однодневного сна. Как и молить о люльке. Что бы ни произошло, она больше никогда не станет подчиняться извращенным желаниям Миньи.
Кроме того, она до сих пор не могла найти отца.
И не важно, верит ей Минья или нет, но это правда, и Сарай его искала. Знала, что он прибыл в Плач, поскольку Азарин ни за что бы не вернулась без него, да и воин часто мелькал во снах тизерканцев, как мерцающая нить, связывающая их всех. Но где бы он ни спал, где бы ни коротал свои ночи, ей не удалось его разыскать.
Сарай рассмеялась.
– Это я упрямая? – Она вздернула бровь. – Ты себя-то видела?
Минья не отрицала:
– Думаю, вопрос в том, кто из нас упрямее.
Это прозвучало как вызов.
– Полагаю, мы это узнаем, – ответила Сарай.
Когда подали ужин, к ним присоединились остальные: Спэрроу и Руби – из сада; Ферал, зевая, – из своей комнаты.
– Задремал? – спросила его Сарай.
В последнее время все разваливалось на кусочки. Раньше Ферал хотя бы пытался следить за девочками, чтобы они не устроили тут хаос и не нарушили Правило. Но теперь это не имело значения.
Парень просто пожал плечами:
– Есть что-нибудь интересное?
Он подразумевал новости с прошлой ночи. Вот какой стала их повседневная жизнь. Это напомнило Сарай об их более юных годах, когда она рассказывала все о своих визитах в город, но всех интересовало разное: Спэрроу – проблески нормальной жизни; Руби – похабщина; Минью – крики. В то время Ферал не спрашивал ни о чем конкретном, но не теперь. Он хотел знать все о фаранджи и их мастерских – диаграммах на чертежных столах, химических веществах в их колбах, о том, что им снится. Сарай рассказала все что могла, и они попытались интерпретировать уровень опасности, представляемой чужаками. Ферал заверял, что любопытствует в целях самообороны, но Сарай видела голод в его глазах – по книгам и свиткам, которые она описала, инструментам и пузырящимся мензуркам, по стенам, покрытым вычислениями и символами, в которых она не могла разобраться.
Это его лавка сладостей, упущенная жизнь, и Сарай делала все возможное, чтобы описать ее как можно ярче. Хоть этим она могла его потешить. Но сегодня у нее накопились лишь мрачные вести.
– Летающие машины, – сказала девушка. Она наблюдала за ними в павильоне ратуши, как день за днем они приобретали форму, пока наконец не стали аппаратами, которые она видела во снах пары фаранджи. Наконец-то ее нагнали собственные страхи. – Похоже, они готовы.
Руби и Спэрроу резко втянули воздух.
– Когда они отлетают? – спросила Минья ледяным тоном.
– Не знаю. Скоро.
– Что ж, надеюсь. А то мне становится скучно. Какой прок от армии, если ее нельзя использовать!
Сарай не поддавалась на провокации. Она думала, что сказать и как именно это сделать.
– Не обязательно заходить так далеко, – повернулась к Фералу. – Женщина волнуется из-за погоды. Я видела это по ее снам. Ветер для них проблема. Она не полетит в бурю. Кажется, эти машины не так уж и надежны. – Она пыталась говорить спокойно, рационально – не оборонительно или воинственно. Сарай просто вносила разумное предложение, чтобы избежать кровопролития. – Если ты призовешь бурю, это не даст им к нам подобраться.
Ферал обдумал ее слова, покосившись на Минью, которая облокотилась на стол, подперев рукой подбородок, и крошила кимрильское печенье.
– Ох, Сарай, – пропела она. – Какая интересная идея.
– Она неплоха, – встряла Спэрроу. – Зачем бороться, если можно этого избежать?
– Избежать?! – рявкнула Минья. – Думаешь, если бы они знали, что мы здесь, то пытались бы избежать битвы? – Она повернулась к Ари-Эйлу, стоящему за ее стулом. – Ну? Что ты думаешь?
Не важно, дала ли она ему достаточно свободы, чтобы ответить самому, или заставила произнести эти слова, Сарай в любом случае не сомневалась в их искренности.
– Вас всех перебьют, – прошипел юноша, и Минья многозначительно посмотрела на Спэрроу.
– Не могу поверить, что мы вообще это обсуждаем! Когда к тебе направляется враг, надо собирать не тучи, а ножи.