Как только в виверн полетел первый огненный шар, эр Каритос каким-то образом воздействовал на собственного «единого». Маленький монстр, забравшись под потолок, не попал под шквал огня. Мелкий ящер прижался к сплошным железным воротам и выпал из сектора обстрела. Самого эр Каритоса так же нигде не видно.
Жора понял, что простым огненным шаром можно просто жечь, но ему нужно, что-то мощнее. Он вспомнил, как они вместе со жрецом Громогласного создавали вакуумные бомбы. Для этой цели он запустил заклинание сферы, диаметром в полметра и когда пламя сожгло кислород, произошёл взрыв. Пусть несильный, но головы двум особям он разорвал. Виверны визжали и рвались наружу, но они не отличались сообразительностью, поэтому их потуги остались безрезультатны. Мощные тела продолжали наваливаться на прутья решётки, в надежде выбить их из креплений. Если бы Жора собственными глазами не видел, как эти твари жрали, пусть не самого хорошего, но всё же человека, он бы испытывал муки совести. Но после смерти Карлотоса Жора решил, что надо убить людоедов, так сказать, во избежание будущих осложнений.
Он сосредоточился на создании очередной вакуумной бомбы. К его сожалению ему не хватало навыков владения воздушной стихии, поэтому взрывы получались слабыми. В живых остались два старших монстра и виверна эр Каритоса, но именно эта мелкая ящерица выпала из поля зрения. В таком чадящем дыму ничего не видно, поэтому Жора, запустив очередную сферу в старших виверн, отошёл в центр арены. Задымление и угарный газ вынудили его пойти на риск и сделать небольшой сквозняк.
Жора снова создал вакуумную бомбу, но в этот раз ударил по сплошным железным воротам. Рвануло гораздо лучше, чем в вольере, видимо здесь пока оставался кислород, и поэтому мощность взрыва оказалась выше. Неожиданно из клубов дыма вверх к потолку пещеры взлетела маленькая виверна. Она почти не пострадал от пожара и в просторном помещении начала активно маневрировать.
— Костонтис, никогда бы не подумал, что скажу подобное, но я восхищаюсь вашим упорством, — крикнул эр Каритос, разглядывая магистра из ложи второго яруса. Видимо он обнаружил проход в господские помещения и теперь наблюдал за тем, как Жора пускает в мелкую виверну огненные копья. — Вот скажите, какая необходимость сжигать этих милых зверушек?
— А вас не смущает, что они сожрали вашего сына?
— Случайно получилось, не очень хотел, — ответил «безутешный» отец.
— Вот и у меня так же. Вы же знаете, что огненные маги такие импульсивные. Захотелось и всё!
— Понимаю, но у меня к вам деловое предложение, — обратился к Жоре эр Каритос, — что вы скажете по поводу мешка алмазов-накопителей?
— Мешка?
— Вот посмотрите, — эр Каритос вынул из небольшого мешочка прозрачный камушек и кинул его Жора. — Здесь много.
Жора подобрал алмаз, размером с горошину и впитал накопленный заряд в собственный источник. После этого взглянул на мешочек рассеянным взором и осознал, что в них столько энергии, что хватит полностью восполнить его затраты на бой с крылатыми ящерами и излишек останется.
— Что вы за него хотите? — поинтересовался Жора.
— Вы позволите мне сесть на моего малыша. Учитывая то, что выход из вольера полностью заблокирован, вы откроете ворота казармы…
— Вы надеетесь протиснуться в обычные двери? — удивился Жора.
— Он маленький, так что мы сможем…
— А что мне мешает вас убить и забрать камни? — спросил Жора.
— Ну, вы же понимаете, что нас не так-то просто…
— Неужели? А я так не думаю, — усмехнулся Жора и указал на пробитые заклинанием ворота. — Эти милые зверюшки отлично горят.
— Костонтис, я понимаю, что гибель новой невесты привела вас в ярость…
— Слитовина! Как же я о ней забыл! — воскликнул Жора и побежал в сторону ведущих в казарму ворот.
Глава 27
Как оказалось, все запоры имели примитивный механизм и никаких замков не наблюдалось. Вполне возможно раньше здесь стояла более надежная система безопасности, но в период упадка никому ни до чего нет дела.
Жора выбежал наружу через широкие ворота и из вредности запер их на засов. После создал маленькую магическую мину, так сказать в качестве сюрприза господину эр Каритосу. Жоре хотелось задержаться и добить подлого наркоторговца, но подсознательно он чувствовал, что надо торопиться, потому что его так называемая невеста в опасности.