– Приказания вам отдаю я, не он! – бросил Стивен. – Выполняйте приказание, иначе через полчаса вы уволены.
Офицер удалился.
Стивен просмотрел все книги учета Розы, все текущие и будущие проекты компании. Оторвав взгляд от страницы, он сказал:
– Это все, Хью.
Через час Стивен позвонил Кассандре. Она была уже предупреждена О'Нилом, что Стивен выгнал ее из офиса и, одновременно, аннулировал право ее входа в здание «Глобал». В бешенстве Кассандра хотела бросить Стивену немедленный вызов, но О'Нил предостерег ее от этого.
– Подожди, пока не узнаешь, чего он хочет.
Кассандра думала, что знает все о намерениях Стивена. Едва услышав его голос, она содрогнулась. Кассандра прибыла в «Глобал» ровно в час и сразу отметила, что служащие избегают ее. Она без стука вошла в офис Розы.
Стивен оторвался от работы, ожидая, когда взгляд Кассандры остановится на его изуродованном лице:
– Все еще впечатляет твое рукоделие?
– Ты пытался убить меня. Ты убил мою мать и жаждал моей смерти.
– Если бы не ошибка Гарри, ты была бы мертва. С другой стороны, так тоже неплохо. С тобой кончено, Кассандра. С этого момента ты не имеешь никакого отношения к делам «Глобал».
– В моем ведении дорожные чеки, – возразила Кассандра, – на этом держится офис в Париже. Я провела реорганизацию его деятельности, скоро я открою еще несколько офисов в Европе.
– Да? А на основании какого контракта ты занимаешься этим?
– Но…
– Ты права. И чем же ты собираешься заниматься, если в твоем распоряжении уже нет этих чеков?
– Что это значит? Стивен улыбнулся.
– Сегодня утром я позвонил в Бюро по печатанию и чеканке денег и распорядился аннулировать твой ордер.
– У тебя нет на это прав!
– Разве? Чеки являются собственностью «Глобал». Со смертью Розы владельцем «Глобал» стал я.
– У моей матери с Розой было заключено соглашение. Операции с чеками были ее делом, и она передала его мне.
– Позволь мне освежить в твоей памяти условия этого соглашения, – сказал Стивен, доставая пожелтевшие листки. – Здесь говорится, что Роза обязуется не предъявлять прав на чеки, поскольку она и Мишель заключили соглашение. Но Роза оговорила, что ее решение базируется на том, что у Мишель ребенок Франклина. Что, как мы знаем, не соответствует действительности. Таким образом, не сказав Розе, кто является действительным отцом ребенка, Мишель совершила обман. Это соглашение недействительно, Кассандра.
Кассандра выхватила бумаги из его рук.
– Это не имеет значения! – сказала она гневно. – Моя мать была ответственна за все операции с дорожными чеками. Роза признавала прежде всего это. То, что моя мать занималась этим, было явлением временным, до тех пор, пока я не возьму управление в свои руки.
– Ты можешь, если хочешь, думать так, – сказал Стивен, скрестив руки, – я думаю иначе.
– Не вздумай делать публичное заявление по поводу всего этого, – предостерегла его Кассандра. – Мне известно все о твоих делах с Куртом Эссенхаймером и нацистами. У меня есть все доказательства, имена, даты.
Стивен засмеялся:
– Это сослужит тебе добрую службу. Думаешь кто-нибудь поверит всему этому?
– Я постараюсь, чтобы поверили и сделали выводы. Я скажу Хью О'Нилу…
– Ты забыла об одном, Кассандра, – вежливо прервал ее Стивен, – что Хью О'Нил работает теперь у меня.
Гостиная дома Хью О'Нила была нарядно убрана, как полагалось этому времени года. Но ни блестящий елочный наряд, ни магия Рождества не могли рассеять унылый характер беседы.
– Я просто сказал Кассандре, что ей следовало в судебном порядке оспорить завещание Розы, – упрямо сказал Николас Локвуд. – Ведь когда Стивен не вернулся в «Глобал» после войны, Роза выставила его. Она никогда и не думала что-либо передавать ему по наследству.
– Все это не в счет, – вяло возразил Хью О'Нил. – Судью будет интересовать только завещание. Кроме того, никто не знает, что же произошло на самом деле между Розой и Стивеном.
О'Нил подлил виски в свой хрустальный бокал.
– Не надо упускать из виду, что сама Роза стояла за реорганизацией в Европе. Что скажут, если обнаружатся связи Стивена с нацистами?
– Злая ирония судьбы, – продолжал адвокат, уставившись в свой бокал. – Когда Роза прекратила операции Стивена, повсюду она одновременно уничтожила улики, словно их и не существовало.
– Но кто-то из свидетелей остался в живых, – запротестовал Николас.
– Что с того? Ты полагаешь, они поспешат дать показания в суде? Как и Стивен, они умолчат о многом.
– Проклятье! Если бы Роза обратила на это чуть больше внимания, ничего бы подобного не произошло.