- О...
Женька быстро отодвинулась вглубь крыши и замерла. Сердце ее бешено застучало.
- Блин... - протянула она шепотом. Какой смысл теперь-то прятаться? Идиотская ситуация.
- Эй ты... Высоцкая!
Женька сделала глубокий вдох, как будто это сразу стерло бы все произошедшее. Но нет, так что пришлось слезать. Она перекинула сумку через плечо и, упершись рукой в клен возле сарая, старым проверенным способом спустилась в вечную мерзлоту.
Артур и его брат молчали и смотрели на нее. Но стоило Высоцкой оказаться на земле, ее одноклассник стремительно рванул к ней. Женька испуганно отступила назад, врезавшись в стену. Темные глаза Артура оказались прямо перед ней.
- Понравилось подслушивать чужие секреты?
- Я не хотела. Простите.
- Надо было сказать, что ты здесь!
- И как бы я это сделала? - дрожа, спросила она. - В какой момент надо было это сделать? До того, как вы заговорили про воровство или после?
- Как тут весело... - протянул позади Дэн. - Кажется, больше ничего скрывать не нужно. Можно идти.
Он развернулся и пошел обратно к школе, загребая кроссовками уличную пыль.
- Эй! - Закричал Артур ему вслед, но тот не остановился.
Тогда он резко обернулся и встретился взглядом с Женькой, которая пыталась решить, как бы побыстрее слинять вслед за братом Артура.
- Черт! Кто тебя просил сидеть тут?
- Ну знаешь... Я вообще-то не хотела подслушивать, - пробормотала Высоцкая, чувствуя, как запылали щеки. Стыд и позор... И почему ее всегда так волнует, что о ней подумают окружающие?
- И что мне теперь с тобой делать?!
- Я никому ничего не расскажу.
- Проваливай, - выдохнул Раевский, сжимая кулаки.
Это был уже перебор. Женька помедлила, но все же пошла в сторону школы, обогнув одноклассника. Вот же гад!
На ее взгляд проблема и яйца выеденного не стоила, и уж точно не стоила того, чтобы так на нее, Женьку, орать. Она с детства ненавидела, когда на нее повышали голос. И в шестнадцать для нее ничего не изменилось.
Она так стремительно неслась к школе, что не заметила, как оставила Артура далеко позади себя. Влетела внутрь и попала в самую гущу школьников, вышедших на перемену. Вот так, смешаться с людьми, толпой. На самом деле Женька не очень любила толпу, всегда чувствовала себя в ней еще более одинокой, чем была, но сейчас ей захотелось слиться с ней, спрятаться среди этих таких разных и таких похожих людей.
- Эй! Высоцкая! - завопил Вадик, перехватывая ее на полпути к запасной лестнице, ведущей на второй этаж. - Это ты?
Дурацкий вопрос, персонально от Вадика Сухова, знакомьтесь.
- Это я, не узнаешь?
- А почему ты была не ты на прошлом уроке?
- На прошлом уроке меня вообще не было, Сухов.
- Ты не могла быть в нигде. Где-то же ты все же была.
Очередной бестолковый диалог в духе Сухова. И только люди хорошо его знающие понимают, что на самом деле все эти разговоры наполнены смыслом.
- Ты любишь крыши, Вадик? - спросила Высоцкая, пока они шли друг за другом по узкой лестнице.
- Так ты была на крыше? - Он резко остановился, так что Женька едва не уткнулась в него лицом. - Какая-то ты сегодня не такая.
Ну вот, начинается. «Какая-то ты не такая», - его любимая фраза. Нет, пожалуй, допроса она не выдержит.
- Слушай, Сухов, - она затормозила. - Я забыла... кое-что. Наушники. Надо за ними вернуться.
- Так от перемены пять минут и осталось.
- Да я успею.
Женька сбежала, пока Сухов не успел опомниться.
Высоцкая вынырнула в холл и прошла его насквозь. Вадик громкий и его слишком много. Причем всегда. Заметив, что она «не такая», он будет болтать без умолку, не думая, что это ни капельки не отвлекает. А ей... нужно было подумать. Настроиться на урок, где будут ее подружки Лена и Вика, и этот Артур, который мог бы посоревноваться с ними за звание «устроитель худших дней в мире».
Женька приткнулась к подоконнику в коридоре, окна которого выходили на задний двор школы. Мимо проплывали люди, на соседнем подоконнике, опершись спинами о стекла, сидели жизнерадостные восьмиклассницы и обсуждали какие-то свои дела.
Никому вокруг не было никакого дела до Женьки, одиноко стоящей у окна. И никто не видел того, что увидела она.
Маленькую девочку, зажатую у стены какими-то кобылами, на пару лет старше. Девочка выглядела испуганной и потерянной. Волосы выбились из аккуратного хвостика, взгляд темных глаз метался по сторонам, пока кобылы что-то втолковывали ей, наклонившись к лицу. Она словно ждала кого-то определенного. Но скорее всего, того, кто просто спасет ее. Или чего-то иного... чуда.
На мгновение Женьке показалось, что это действительно она стоит там, снова, как и много лет назад. У той стены. Но прежде чем Высоцкая рванула к выходу (хорошо, что все еще находилась на первом этаже), из-за угла вышел какой-то мальчишка и, увидев картину, резко затормозил. Не прошло и минуты, как кобылы, развернувшись, бодро ускакали в сторону школы. Девочка, не веря, смотрела на своего спасителя. И Женькино сердце вдруг дрогнуло - вот так, ни с того, ни с сего, в переполненном, равнодушном к ней коридоре.