Каролайн сидела на том же диванчике и перебирала пожелтевшие от времени документы. На ней была длинная зеленая юбка и белая блузка. Волосы уложены в аккуратную прическу. Все так же изысканно и неброско накрашена, в комнате пахнет дорогими духами. Айан, в джинсах и черной рубашке, сидел рядом с Каролайн на подлокотнике и через ее плечо сосредоточенно читал что-то на листе, лежавшем у нее на коленях. На сей раз они оба внимательно изучали какой-то банковский счет.
Айан посмотрел на Федру, улыбнулся ей и принялся накручивать на палец рыжий локон Каролайн. Та дернулась, и он тотчас же прекратил свое занятие, просто положив руку ей на плечо.
— О чем ты хотел поговорить со мной? — спросила Федра каким-то странным голосом: видимо, попытка быть непринужденной и приветливой вызвала подобный результат.
— Об этой фотографии, которую тебе так не терпелось посмотреть.
— А, ясно.
Ей хотелось сказать, что этот снимок касается только ее и матери, но передумала, вовремя вспомнив, что там еще изображен и Чарльз. И, в конце концов, вести себя бестактно просто невежливо.
Каролайн встала.
— Простите, мне надо пойти позвонить, — сказала она и исчезла за дверью.
Федра удивленно проводила ее взглядом.
— Я что-то не так сделала?
— Нет, я объяснил ей еще раньше, что хочу поговорить с тобой наедине.
— И она послушалась? Какая бесхарактерность! Ни самолюбия, ни гордости. Тебе повезло, Айан!
— Прекрати говорить гадости. Каролайн вовсе не бесхарактерная, иначе я бы не стал с ней работать. Иди сюда и садись. — Он шлепнул ладонью по дивану.
Федра взяла стул из дальнего угла комнаты, поставила его напротив дивана и села на него, чинно сложив руки на коленях.
— Ну так что насчет фотографии? — спросила она.
Айан, все время наблюдавший за ней, улыбнулся, его явно развеселили хитрые маневры со стулом. Но тут же его лицо посерьезнело, и он сообщил:
— Я вовсе тебе не брат.
— А, так вот ты о чем! А я и не думала, что ты мой брат. Только тебе такое могло прийти в голову!
— Вообще-то нет. Мой отец хоть и славился экстравагантными выходками, но никогда не осмелился бы жениться на собственной дочери.
Он сел, откинувшись назад и заложив руки за голову. Федра смотрела на него с недоверием. Неужели у него что-то еще на уме, кроме этого сообщения?
— Да, — поспешила согласиться она. — Чарльз явно соблюдал все приличия.
И правильно делал. Иначе ее совершенно естественное желание принадлежать этому красивому мужчине, ее мечты соединиться с ним были бы не только неразумными, но и незаконными. А так она может любоваться им сколько угодно. Но ей вовсе не хочется смотреть, как он красуется перед ней.
Федра встала.
— Это все, что ты хотел сказать? Так это мне и без тебя известно.
— Я хотел только тебя успокоить, но вижу, что не стоило суетиться.
Он раздражен. Это видно по тому, как нервно барабанят пальцы по спинке дивана, да и взгляд его стал колючим.
Конечно же из-за фотографии он тоже разволновался и думал, что на Федру она произвела более сильное впечатление, чем оказалось на самом деле. Но ведь так ему только кажется, просто Федра не хочет говорить с ним на эту весьма деликатную тему. Потому что такие разговоры ни к чему хорошему не приведут, за ними совсем другая, еще более деликатная проблема…
— Пойду приготовлю себе что-нибудь, — сказала она. — Тебе тоже?
— О нет, спасибо. Мы с Каролайн найдем какой-нибудь другой способ удовлетворить аппетит, — заявил Айан, разглядывая ее. — Не беспокойся.
— И не собираюсь. Пока, приятной ночи.
Ответа она не ждала, пошла прямо к двери, но услыхала брошенное вдогонку:
— Не сомневайся, так оно и будет.
В холле Каролайн как раз закончила говорить по телефону.
— Все в порядке? — спросила она Федру.
— Конечно. А что?
Каролайн вдруг покраснела.
— Ничего. Извините, но вы очень бледны.
— Со мной все нормально, — отрезала Федра и тут же пожалела, что так груба с этой женщиной, ведь она не виновата, это Айан выбрал ее себе в партнерши. — Я немного устала, — уже другим тоном сказала Федра. — Ничего пройдет. Желаю вам с Айаном приятного вечера.
— Но… — пробормотала озадаченная Каролайн.
Она, видно, хотела еще что-то добавить, но Федра повернулась и прошла на кухню.
Там не пахло ничем вкусным. Пусто, стол был аккуратно вытерт. Она постояла в задумчивости с минуту, потом принялась готовить себе омлет.