Немного помявшись у двери, она потянулась к ручке и вышла.
– Тебе придется есть еду спортсмена: курогрудка, рис, овощи. Мне менеджер привозит, наверное, сам готовит. – Данила пожал широкими плечами, затем повернулся, держа в руках два бокса с едой, и завис на ее лице. – О... привет!
– Привет. Я – Саша.
– Без грима не узнал. Красивая, – он двинулся к панорама окнам. – Ты походу хорошая девочка, тебе романтика нужна? Пойдем, вид красивый покажу. Алкоголь не предлагаю, я восстанавливаюсь, не пью, так что будет вода.
Вид и правда был потрясающий. С высоты птичьего полета, Москва вся горела. Ее оранжевые огни освещали даже небо и были видны слои нависающих облаков.
Они сели на пол. На ковре валялись подушки, что помогло удобно устроиться.
– Поэтому я и снял эту квартиру. И мне все равно, что здесь нет света.
– Да ты романтик. – тихо произнесла Саша, в этой обстановке хотелось разговаривать тихо.
– Даже не вбивай себе такие глупости в голову, это неправда! – огрызнулся он.
– Ничего в этом плохого не вижу, – уже без энтузиазма пробубнила она под нос.
– Для глупой сопливой девчонки, да.
Саша насупилась и замолчала, жуя сухую невкусную грудку, точно, менеджер готовил сам. Даня посмотрел на нее и неожиданно рассмеялся. Он был так красив, вот прям как она любит, по-мужски. Такие длинные ноги, руки… и почему-то, когда хоккеист сидел, он казался еще крупнее. В жизни он был еще привлекательнее чем на льду. А Саше казалось это невозможно.
– Да, вез к себе Московскую фифу, а оказалась девочка-припевочка.
– Хочешь верь, хочешь нет, во всем виноват хоккей! – призналась Александра, на что Даня удивленно вскинул брови и перестал жевать.
– Я смотрела матч ЦСКА, и поспорила с подругами, что если победа, они меня собирают на вечеринку. Вот, собрали. Я обычно так не выгляжу.
– Любишь хоккей?
– Очень! – без промедлений, с запалом, произнесла Саша.
– Я тоже, – он указал на нее пальцем, и так хмуро посмотрел, сквозь свои темные брови. – Но даже не смей думать, что между нами много общего.
Саша снова насупилась и продолжила молча жевать, но опять услышала его смех. Как же ей нравился его смех! Она никогда не слышала его по телевизору, он всегда такой серьезный, сосредоточенный, с фирменной кривой ухмылкой. Она улыбнулась. Девушка захотела запечатлеть этот момент. Александра обвела глазами квартиру, утонувшую в полумраке, снова посмотрела на уютно разобранную кровать, на его вещи на диване, который видимо служил ему шкафом.
Она снова посмотрела на хоккеиста. Данила сидел напротив, освещенный светом из окна. Ее мечта была так рядом, она могла обладать подаренным судьбой моментом. Эти густые темные вьющиеся волосы, откинутые назад, этот профиль греческого Бога войны. Но от него так веяло разбитым сердцем, слезами и минимум тремя бутылками вина с подругами. Надо бежать! Саша металась, но покинуть его не могла. Вдруг она больше его не увидит, и этот вечер постепенно будет казаться сном?
Девушка не заметила, как погрузилась в мысли, и очнулась, когда Данила встал. Александра тоже поднялась, в очередной раз пытаясь одернуть свое мини, но тщетно. Даня посмотрел на нее, без улыбки, сомкнув губы в линию. Он в два шага, так быстро, что девушка не успела опомниться, оказался рядом с ней. Подхватил одной рукой за талию, словно она ничего не весила, и прижал к себе. Как же это было приятно. Саше показалось, она сейчас с ума сойдет от чувств, которые ее переполняли. Данила так мужественно запустил вторую руку в ее волосы, чуть сжав сзади шею, и посмотрев в глаза Александры. Он не прочел в них протеста. Девушка неожиданно вздохнула, приоткрыв рот… и он ее поцеловал. Властно, обжигающе... Саша потеряла голову. Она растворилась в захвативших ее чувствах. Все не было как в кино, это было ярче, такое невозможно передать, это надо почувствовать.