— Сиси уже оправилась от шока?
— Она оправилась от него только на следующее утро, когда поняла, что теперь может позвонить миссис Черч и сообщить ей, что я беременна. Хотя я не представляю, как она собирается объяснить то, что у меня нет мужа. У Эрика есть жена, но у меня будет ребенок, а это значит, что в этом семейном противостоянии победителями вышли Дельгады. — Сильвия несмело улыбнулась. — Если уж мы заговорили о мужьях, то Майк Галлахер — блестящая кандидатура, он мне ужасно нравится в этих своих очках.
— Сильвия! Оставь Майка в покое. Прошел только год с тех пор, как Гленда… ну ты знаешь.
— А какой она была, эта Гленда?
— Очень милой. Тебе никогда такой не стать.
В эту минуту в комнату вошел Дэниел. Он был мрачнее тучи и сжимал в руке плюшевого мишку, которого за ненадобностью выбросил еще несколько лет назад. Энни подозвала сына, тихонько похлопав по кровати.
— Ну иди же сюда, милый.
— Я лучше сяду с той стороны, где обычно спал мой папа, — угрюмо сказал Дэниел.
Сара любезно согласилась перелезть через мать. Дэниел забрался в кровать и с неприветливым видом сел на место Лаури. Когда Энни попыталась обнять сына за плечо, он оттолкнул ее руку.
— Я сыт по горло россказнями о том, что папа отправился на небеса. Почему он не смог остаться здесь?
— Потому что на небесах намного приятнее, чем в тупике Хезер, глупыш, — убедительным тоном сказала Сара.
Сильвия, нахмурившись, произнесла:
— По-моему, тебе следует быть хоть чуточку искреннее со своими детьми, не так ли?
Энни собиралась было объяснить, что она не хочет, чтобы они страдали, но тут раздался звонок в дверь, и Сильвия пошла открывать. Энни подумала, что лучше, пожалуй, встать. Она взглянула на Дэниела. Его лоб прорезали морщинки, а верхняя губка дрожала, словно он вот-вот расплачется. Энни слегка подтолкнула его локтем.
— Приободрись.
— Я не хочу бодриться, — пробормотал он.
— К тебе гости, Энни, — крикнула Сильвия.
Должно быть, это пришла тетушка Дот или Валерия, иначе Сильвия не пустила бы посетителя наверх. Энни никак не ожидала увидеть на пороге спальни свою сестру.
— Мари! — воскликнула она.
— Вчера звонила Дот. Она спросила, почему я не приехала на похороны. Я сказала ей, что ничего не знаю о случившемся. Мне ужасно жаль Лаури. — Мари выглядела подавленной. — О, сестренка, почему же ты не сообщила мне об этом?
Энни ответила, не торопясь и хорошенько взвешивая слова.
— Потому что в противном случае ты бы наверняка проигнорировала мое сообщение так же, как делаешь это всегда, и тогда я бы тебя ни за что не простила. Поэтому я решила, что будет лучше скрыть это от тебя.
Было видно, что самолюбие Мари задето.
— Да за кого ты меня принимаешь? Я могу не явиться на вечеринку, но неужели ты действительно считаешь, что я оставлю без внимания смерть мужа своей родной сестры?
Энни резко взглянула на своих детей, однако слово «смерть», похоже, не произвело на них никакого впечатления. Они, как зачарованные, уставились на удивительную молодую женщину в пушистом меховом пальто, которое было очень похоже на то, которое когда-то носила Роза Харрисон, хотя Мари, должно быть, этого даже не осознавала.
— Это ваша тетушка Мари, — сказала Энни. — Она снималась в телесериале «Доктор Кто», помните?
— В жизни ты выглядишь иначе… — отметила Сара.
— Очень хочется на это надеяться! — Мари скорчила смешную гримасу, и детишки захихикали. — В том гриме я выглядела просто отвратительно.
— А ты встречалась с Далексами? — нетерпеливо спросил Дэниел.
— С каждым по отдельности.
— Ты хочешь чаю, Мари? — крикнула Сильвия из другой комнаты.
— Спасибо. — Мари резко дернула головой. — А что она-то здесь делает?
— Составляет мне компанию.
— Вообще-то это я твоя сестра и охотно сделала бы это вместо нее.
— Неужели? — язвительно улыбнувшись, спросила Энни. — А как же твое телешоу «Волосы»?
Мари неловко пожала плечами.
— Кто тебе сказал?
— Сильвия видела его несколько недель назад.
— Я выступаю в хоре. Меня при желании легко можно заменить.
— Интересно, а ты бы приехала сюда, если бы стала звездой?
— Ради всего святого, Энни, — устало сказала Мари. — Ты всегда все идеализируешь. В своем воображении ты создала эдакий радужный образ неразлучных сестер, которые только и знают, что живут проблемами друг друга. Почему бы тебе не принять меня такой, какая я есть? Я актриса и ужасно ветрена, но случись у тебя беда, я тотчас окажусь рядом.