Энни ждала, когда же наконец к ней придут тетушка Дот и Сильвия, и они смогут вместе поужинать, а Валерия со своим выводком уйдет к себе домой.
Валерия стала громко жаловаться на Кевина.
— На следующей неделе он отправится в Лондон на конференцию. Вот счастливчик. — У нее вырвался неприятный смешок. — Если бы я не знала его как облупленного, то решила бы, что у него роман — он возвращается домой все позже. Но мой Кевин на такое не способен. Он знает, что я убью его, если он станет встречаться с другой женщиной.
Крис Эндрюс упомянул на днях, что Лотти собирается на следующей неделе погостить в Брайтоне у своей подруги. Энни размышляла, есть ли тут какая-нибудь связь, как вдруг из-за угла дома появились тетушка Дот и Сильвия.
Дот просияла.
— Ну где же мой мальчик Дэни? Иди скорее сюда, прелестный малыш, и подари своей старой тетушке нежный поцелуй.
Дэниел соскользнул с маминых коленей и засеменил навстречу распахнутым объятиям. В Дот, обладающей грубым голосом и несдержанной манерой поведения, было что-то такое, что влекло к ней детей. Маленькие Каннингхэмы тоже собрались вокруг нее. Гари часто спрашивал о тетушке Дот.
Энни заметила, что ее дочь не спешит подходить к гостям, словно не желая присоединяться к толпе. Сильвия, крестная мать Сары, тоже обратила на это внимание. Сев на траву, она посадила малышку себе на колени и вручила ей подарок — голубую кожаную сумку.
— Я не хотела, чтобы она чувствовала себя всеми забытой, — сказала Сильвия. — Похоже, лишь Дэниел всегда оказывается в центре внимания.
— Это только так кажется. Лаури боготворит Сару. И вовсе не Дэниел находится в центре внимания, когда папа дома.
Сильвия выглядела очень элегантно в джинсах и свободной небрежно заправленной нежно-розовой блузке. Выйдя замуж, она бросила работу и проводила время, ухаживая за своим прекрасным домом, расположенным в Беркдейле. Сильвия училась играть в бридж и помогала свекрови проводить акцию «кофейное утро», все средства от которой шли на благотворительность. Почти каждый вечер они с Эриком ходили на званые ужины, где обычно было полным-полно перспективных адвокатов, бухгалтеров и бизнесменов. Раз в неделю они устраивали вечеринку у себя. Энни и Лаури также были в числе приглашенных, но они отказывались. «Я бы растерялась, не зная, какой нож выбрать, — призналась подруге Энни. — Да и вообще, Сил, я бы чувствовала себя не в своей тарелке, находясь рядом с такими людьми. К тому же Лаури сказал, что если и есть кто-то, кого он терпеть не может, так это бухгалтеры».
Праздничный ужин в честь дня рождения был накрыт в столовой. Вместо того чтобы затушить единственную свечку, Дэниел ухватился за нее и обжег пальцы. Однако он не закричал, а стал с любопытством их разглядывать. Затем малыш посмотрел на мать, требуя объяснений. Дот заявила, что он просто прелесть.
Каннингхэмы ушли.
— Думаю, мне надо немного убрать в квартире перед приходом Кевина, — угрюмо сказала Валерия.
— Какая же она капризная и сварливая женщина, — заметила Дот, после того как Валерия ушла. — Она не знает, какое счастье выпало ей на долю. У нее четверо прелестных ребятишек, а она только и делает, что жалуется на судьбу. Скажу тебе честно, мне никогда не нравились женщины, которые выносят сор из избы.
Дот повела детишек в сад, а Энни убрала со стола. Сильвия набрала воду в раковину.
— Я помою посуду, а ты вытрешь ее насухо.
Такая традиция сложилась еще с тех пор, как они вместе жили на Аппер Парлимент-стрит. Сильвия ненавидела вытирать тарелки.
— Ты забрызгаешь свою прелестную блузку.
Сильвия закатила рукава перед тем, как опустить руки в мыльную воду.
— Что случилось?! — воскликнула Энни.
На левом предплечье Сильвии, от запястья до локтя, красовался уродливый фиолетовый синяк.
— О! — Засмеявшись, Сильвия предприняла вялую попытку опустить рукав. — Я просто упала с лестницы! Рука совершенно не болит.
Энни поставила чайник на огонь, чтобы они могли спокойно попить чай.
— Ты даже представить себе не можешь, как приятно побыть в тишине. Дэниел целый день на ногах.
— Он просто чудо, Энни.
— Пойми меня правильно, — поспешно сказала Энни. — Я не жалуюсь. Оба моих ребенка восхитительны, и я абсолютно счастлива. — Она искоса взглянула на подругу. — А ты разве нет? — Она даже не знала, почему именно задала этот вопрос, словно в какой-то момент ее охватило сомнение. Возможно, ее встревожил синяк на руке Сильвии.
— Мы с Эриком просто безмерно счастливы. Хотя нам совсем не помешал бы ребеночек — свекор со свекровью то и дело на это намекают. Эрик — их единственный сын, а в Ливерпуле фирма «Черч и сын» должна быть всегда. — Она подмигнула. — Мы с Эриком работаем над этим день и ночь, но, похоже, я не могу зачать.