Всюду по стране лихорадочно создавали лесопилки. Общая производственная мощность более 500 лесопильных заводов превысила в 10 раз объем деловой древесины, подлежавшей разделке. В результате лесопилки были недогружены, себестоимость продукции сильно поднялась, предприятия, терпя убыток, обанкротились.
Лишь в сланцевой промышленности вкладывались капиталы в предприятия, но они отнюдь не возместили основного капитала ликвидированных предприятий. В 1937 году в Советском Союзе 80 процентов всей промышленной продукции было выпущено совершенно новыми или основательно реконструированными предприятиями. В буржуазной Эстонии новые предприятия дали едва 12 процентов промышленной продукции. За период с 1913 по 1940 год валовая продукция промышленности СССР выросла в 7,7 раза, а в Эстонии — менее чем на 1/3.
Вот как «умело» вела хозяйство буржуазия в Эстонии!
Знамя борьбы рабочих организаций
Кроме экономических требований программа Единого фронта содержала ряд условий, носивших политический характер. Так, восьмое требование гласило: прочный мир вообще и с Советской Россией в особенности!
Как известно, рабочий класс всегда боролся против всякого рода империалистических войн, но молодой Стране Советов с первых лет своего существования пришлось вести самую жестокую войну с иностранными интервентами и русскими белогвардейцами. Эстонская буржуазия сама по себе, конечно, не представляла сколько-нибудь значительной военной силы. Но территориальное положение Эстонии, непосредственная близость ее к Петрограду, возможность использования ее вражескими державами в качестве плацдарма не могли не внушать Советской России опасения.
Эстонская буржуазия в течение всего периода своего господства в своей внешней политике твердо придерживалась антисоветской линии. Менялись только те внешние силы, на которые она опиралась, — сначала это были Англия и Америка, на поддержку флота которых она особенно рассчитывала, в 30-х годах она переориентировалась на фашистскую Германию. Поэтому требование мира с Советской Россией имело большое политическое значение. Оно свидетельствовало о ясности классового сознания рабочего класса, правильном понимании целей социалистической внешней политики.
Программа Единого фронта требовала ликвидировать охранную полицию, распустить постоянную армию, заменив ее всеобщим вооружением народа, средства, расходуемые на армию и охранку, направить на улучшение положения трудящихся и народное образование, дать трудовому народу право на организацию самозащиты.
Это требование не было новым. Его выдвигали социалистические партии в Западной Европе. В Эстонии оно будет реализовано после восстановления в 1940 году Советской власти, когда вооруженные силы буржуазии в лице Кайтселийта и стрелковых отрядов, а также политическая полиция будут ликвидированы. Большое внимание уделялось в 12 требованиях Единого фронта вопросам образования. Они предусматривали предоставление всем за счет демократической республики начального, среднего и высшего образования, детям трудящихся — учебных пособий, питания, одежды, обуви.
В последующем буржуазия усмотрит в этом призыв к свержению существующего строя (именно это инкриминировалось обвиняемым по «процессу 149-ти»). Разумеется, буржуазия не осуществила это требование, свою предательскую роль сыграли социал-демократы, трудовики и прочие либералы и демократы — фактически слуги монополистического капитала, восставшие против образования народа. Они не без основания считали, что это требование зародилось в среде эстонских трудящихся под влиянием Октябрьской революции. А уже одно это было для них основанием, чтобы его отвергнуть.
Чисто политическими требованиями были одиннадцатое и двенадцатое. В чем они состояли?
Немедленно отменить повсюду военное положение, предоставить трудовому народу такую же свободу слова и печати, такое же право объединений в общества и союзы, такое же право собраний, какое имеют фабриканты, торговцы, домовладельцы и кулаки. Таково было содержание одиннадцатого требования.