Возможные проблемы с машиной изначально были одной из главных причин для волнения, поэтому перед выездом Андрей просил как можно внимательнее проверить «Волк» на предмет неисправностей. И до этого момента всё шло хорошо, но никто не предполагал, что их обстреляют из КПВТ.
Окончив все дела, они вновь двинулись в путь. Эффект стимулятора уже почти прошел и Игорь начал погружаться в себя. Андрей же молча вёл машину, анализируя произошедшее и усваивая опыт. Молчание длилось довольно долго, пока его не прервал сам Игорь.
– Что будем делать дальше? – глядя перед собой, подавленно промямлил он.
Андрей повернулся и внимательно посмотрел на брата.
– В смысле? Жать педаль и ехать домой.
– Я не про то, – Игорь выдержал коротенькую паузу. – Я про отца.
Теперь паузу выдержал уже сам Андрей, и отнюдь не коротенькую. Да, тут было над чем подумать. Единственное, что он реально понял из всего, что они сумели разузнать – отец, скорее всего, мёртв. Будь иначе – о нем точно стало бы известно как минимум «Булату», а то и ещё кому. Всё-таки, по словам Гронина и других людей, кто с ним встречался, отец был весьма яркой личностью, а такие в новом мире в итоге приобретают широкую известность. Разве что кроме «Рассвета» и состоящих в нём людей… В любом случае, даже если продолжать верить, что отец жив – им его точно не найти. Теперь Андрей смог принять это, но пока что лишь надеялся смириться. Похоже, пришло, наконец, время повзрослеть и найти в себе силы посмотреть в глаза реальности.
– Его больше нет, – решительно, хоть и с горечью, заявил Андрей. – Мы сделали все, что могли, даже исполнили свою давнюю цель и побывали дома. Всё, что нам осталось – смириться и принять этот факт.
– Не могу я с этим смириться, – после паузы пробубнил Игорь.
Следующая пауза была продолжительной. Очень продолжительной. Во время неё злость, которую Андрей ощутил ещё в квартире, вернулась и начала задавать вектор его мыслям. Он стал размышлять о причинах и следствиях, и внезапно для самого себя пришёл к выводу, что его интерес к причинам и виновникам эпидемии это вовсе не интерес – это его новая цель. Придя к такому заключению, Андрей снова заговорил. Уверенно и зло.
– Можешь игнорировать, можешь не верить, но в итоге всё равно придется смириться. Он мёртв. Погиб в бою, умер от болезни или от голода – мы не знаем, но его точно убили, потому что не случись эпидемии – он был бы жив и рядом с нами. И не только он.
Он замолк ненадолго. Игорь не торопился ничего отвечать на его речь, поэтому вскоре Андрей изложил свою мысль до конца.
– С этого момента я буду стремиться только к одной цели – найти и убить всех, кто так или иначе к этому причастен.
И снова Игорь промолчал. Опять воцарилась долгая тишина, прерываемая только гулом двигателя и шумом колес да злосчастным стуком подвески. Игорь, размышлявший о том, что только что сказал брат, попутно начал обдумывать и их приключение. Пережитый стресс всегда впоследствии отзывался в нём некоторой подавленностью, а сейчас, когда у него начинался пока ещё слабый, но всё же абстинентный синдром, он был особенно склонен сгущать краски. Однако, как ни странно, его мысли не были туманны или запутаны. Просто он сосредоточил своё внимание не на том, что нужно.
– К этому тоже никак не могу привыкнуть, – вздохнув, сказал он, спустя минут двадцать.
Поглощенный размышлениями, Игорь не обратил внимания на течение времени, думая, что прошло минуты две, не больше. Поэтому когда он заговорил, Андрей не сразу понял, о чем именно идет речь.
– К чему?
Игорь одарил брата коротким скептическим взглядом, будто искренне удивлялся, как это Андрей может не понимать о чём речь, если они только что об этом разговаривали.
– К тому, как легко ты убиваешь.
Перед глазами у Игоря стоял Андрей с окровавленным ножом в руке, внимательно глядящий на только что убитого им человека. Это был не совсем тот образ, который он реально увидел, но его ускоренное наркотиком воображение дорисовало кое-что от себя.
Андрея задело это утверждение. Хотелось сразу же ответить что-нибудь едкое, но он сдержался и заставил себя промолчать. Благодаря этому он взял эмоции под контроль и выдержал небольшую паузу, размышляя. Игорь считает, что ему легко… наивный.