– Без лирики, – строго осадил генерала Давид Сергеевич.
Тон Петрова сразу изменился на более четкий, будто слова толстяка переключили в генерале режим.
– Минимум месяц на подготовку пяти сотен экипажей для авиации и тысячи экипажей для танков. Расчеты по затратам материальной части и топливу будут вечером.
– Долго, – задумчиво бросил Давид Сергеевич, и, подумав, добавил. – И дорого… Но придётся сделать. Технику и всё остальное будем давать союзникам, особенно «Булату», в качестве оплаты за помощь. У этих экипажей побольше, чем у нас. Что ты кривишься, Филатов? Конечно, «Булат» и остальные будут участвовать в войне, потому что когда секта расправится с нами, она придёт и к ним, и к «Рассвету», и к «Свободе», и ко всем остальным. Особенно к «Рассвету».
Большинство за столом знали о принципиальной ненависти «Пути просвещения» к научной организации под названием «Рассвет», но лишь единицы знали о реальной причине этой ненависти.
Петров молчал, ожидая дальнейших вопросов Давида Сергеевича, но их не последовало.
– Садись, Анатолий Порфирьевич, – фраза была сказана таким тоном, будто это не Давид Сергеевич пару минут назад в грубой форме обещал выставить Петрова, как он выразился, «на мороз». – Какие есть вопросы, господа?
Некоторое время все молчали, переваривая услышанное. Присутствующие уже давно слышали, что разведка располагает информацией о подготовке секты к войне, понимали, что воевать она может только с Торговой гильдией, поскольку Европу сектанты уже давно подмяли под себя, и сейчас большинство сидящих за столом оценивало шансы на победу. Воевать никто не хотел – всех устраивала та размеренная, обеспеченная жизнь, которую они вели – после первых полутора голодных лет после эпидемии она расслабила их до предела, но каждый понимал, что теперь их стиль жизни под большой угрозой.
– А где Владов? – спросил кто-то, кажется, Леонелли. – Что он думает по этому поводу?
– Где-то на юге, – махнув рукой, мрачно ответил Давид Сергеевич. – Как только услышал доклад – уехал туда. Лично контролировать приготовления к войне с крымчаками. Как видишь, его действия ясно выражают его мысли.
Больше никто ничего не спрашивал, поэтому снова наступила тягостная пауза, и Давид Сергеевич, как председатель совета, решил заканчивать совещание.
– Итак, теперь все вы в курсе ситуации. Потому задача одна – приготовить свои регионы к войне. Мобилизовать, подготовить и грамотно проинформировать личный состав. Но только грамотно! Лишнего ляпать не надо. Кто наболтает и устроит у себя в регионе панику и дезертирство – тому я лично обещаю кровавую баню. На носу война и никакие пораженческие настроения не то что неприемлемы – я запрещаю даже думать о чём-то подобном. Мы отстоим своё чего бы это нам ни стоило.
Давид Сергеевич отпил водички, шумно прочистил горло и продолжил.
– Кириченко уже разговаривал с Аваевым и получил его предварительное согласие – официально «Булат» выступит вместе с нами. «Рассвет» даже спрашивать не надо – они уже мобилизуют силы. Есть ряд желающих и среди нейтральных группировок. Эти, правда, хитрят, понимая, что имеют возможность дорого продать свою помощь, тем не менее, от них мы тоже получим немало, так что наши дела значительно лучше, чем может показаться на первый взгляд. У нас огромные запасы и огромные возможности по сырью и производству – пришло время использовать их с пользой. Жду ваших отчетов о принятых решениях и проделанной работе к середине дня послезавтра. Пока что на этом всё. Все свободны.
Руководители регионов Торговой гильдии поднялись и неторопливо пошли к выходу. Никогда ещё они не выходили из этого зала с такими тяжелыми мыслями, как в этот раз. Все привыкли к лёгкой и праздной жизни, которую дала им Торговая гильдия, и больше всего они боялись её потерять. Всех их можно было сравнить с капитанами роскошных лайнеров, которые попали в сильный шторм, и теперь должны возглавить борьбу за своё выживание, хотя ещё вчера были уверены, что находятся у бога за пазухой.
Хватит ли им сил и выдержки, чтобы выстоять в этом шторме? Насколько сильна и вынослива их команда? Не бросится ли эта команда вместе с нажитым добром по спасательным шлюпкам, как только лайнер даст малейшую течь? Ни один из них не мог ответить себе на эти вопросы.
Монотонный гул вертолёта навевал сон. Сначала казалось, что он наоборот, мешает, не даёт расслабиться, но когда пошёл второй час полёта – уши привыкли к постоянному шуму, и он уже почти не отвлекал. Даже стал казаться убаюкивающим, расслаблял. Как шум водопада…