Оставшиеся у машины Катя и Руми, тоже предупреждённые по рации, встретили группу в полной боеготовности. Сергей сразу занял водительское место и завёл машину.
«Волк» почти такой же, как был у них раньше, быстро и уверенно двигался по подсохшей лесной дороге. Они даже уехали достаточно далеко, чтобы можно было чувствовать себя в безопасности. Всю дорогу Толя шипел, ругался и брыкался, как одержимый. От одной мысли о том, что Вурц может умереть он приходил в бешенство. Потребовалось буквально приказывать ему, чтобы хоть немного успокоить и показать Кате собственное раненое плечо, но оказалось, что у него там всего лишь рассечение, которое сделала скорее всего даже не пуля, а какой-то небольшой осколок.
После перевязки он сменил Севу за пулемётом, и когда машина, преодолев один из поворотов, выскочила на опушку, он первым увидел впереди, метрах в трёхстах, пару военных джипов и грузовик. Трудно было понять, кому они принадлежат, поэтому Воробьёв интуитивно сбавил ход, напряжённо всматриваясь в машины впереди. Заметив, что из люка на первом джипе появился человек и взялся за пулемёт, Воробьёв резко нажал на тормоз и включил заднюю передачу – интуиция и так подсказывала ему, что от парней впереди не стоит ждать тёплого приёма, но стоило прислушаться к ней ещё раньше. Противник открыл огонь и лес заполнило эхо пулемётной стрельбы.
– Разворачивайся! Разворачивайся! – закричал Толя, нажимая на гашетку своего пулемёта, и ему начали вторить остальные бойцы в машине.
– Закройте рты! – крикнул на своих бойцов Андрей. – Он знает, что нужно делать!
Найдя достаточно просторное место, Сергей круто развернул машину и, переключив передачу, вдавил в пол педаль газа. «Волк», взревев своим двухсотсильным двигателем, рванулся, немного забуксовал, но быстро нашёл сцепление и понёсся в обратном направлении, прыгая на ухабах. Бойцы внутри чувствовали себя, словно в консервной банке, но все, кроме раненых запросто могли это вытерпеть, да и возможные жалобы последних мало кого сейчас волновали.
Безумная гонка, за победу в которой награждали жизнью, не была короткой. Прицельно стрелять на ухабах и колдобинах, с частыми поворотами и густой чащей было проблематично, поэтому Толя решил поберечь патроны. А вот противник экономить и не думал, поэтому беспокоящая стрельба со стороны преследователей возникала вновь каждый раз, как только «Волк» показывался в прямой видимости, даже если его тут же укрывали деревья. Андрей, наклонившись поближе к Сергею, сверялся с картой, пытаясь в точности разобрать по какой именно дороге они двигаются, и дать водителю дельные советы.
Дорога становилась всё хуже и хуже. Растительности на ней становилось всё больше, машина всё чаще ломала перед собой кусты и хрупкие маленькие деревца, расчищая себе путь. И все понимали – с такими темпами их скоро настигнут.
Довольно быстро у Андрея возникла идея по поводу того, что можно предпринять, но он до последнего не решался на её реализацию. Однако, видя, как падает темп их продвижения, он понял, что тянуть дальше ещё рискованнее.
– Сева, Лёша, – приказал Андрей, заглянув через окошко в десантное отделение. – Берите по гранатомёту. Мы попытаемся незаметно высадить вас, пока ещё есть такая возможность.
– Нахрен! – гавкнул сверху Толя. – Сева и с пяти метров в танк не попадёт. Я пойду.
– Не спорь. Ты ранен.
– Вертел я эту рану! Я справлюсь! – не отступал Черенко. – Доверьтесь мне.
Излишняя эмоциональность Черенко волновала Андрея, но были в ней и положительные стороны – несмотря на горячность, он умел конвертировать свою ярость в убийственно эффективные действия. Кроме того сейчас Андрею меньше всего хотелось спорить. Он был неприятно удивлён, что Толя вообще ввязался в эту перепалку с ним, но с этим он разберётся потом.
– Вот же упёрся… Ладно. Итак, задача – замаскироваться и с помощью гранатомётов уничтожить столько машин преследователей, сколько получится. Затем отступайте. Мы поедем вперёд и попробуем пробиться через лес к этой деревне, – Андрей поднёс карту к окошку и показал пальцем место. – Там укроемся, окопаемся и будем вас ждать. Поближе к северной околице. Если погоня продолжится – попытаемся уйти дальше на юг, и тогда придётся вам рассчитывать только на себя. В этом случае встречаемся в Лозовой.