Все, кроме пребывавшего в апатии Игоря, в изумлении уставились на мальчика.
– Я могу вывести вас… нас, – поправился Максим.
– Как? – в один голос спросили Энди и Толя.
– Есть подземный ход под валом, я покажу.
Толик заулыбался – маленький проныра нравился ему все больше. Он-то все ожидал, когда малец отколется. Ему незачем их держаться при таких-то рисках – у безопасников к нему претензий быть не может, он здесь никто и с ними никак не связан, но малый оказался иного мнения и собирался всех удивить. Энди было о-очень интересно, что же это за подземные ходы такие, но снизу послышался какой-то шум и он поспешно скрылся.
– Что ж ты раньше молчал? – с небольшим укором спросил Толя, когда люк за Энди закрылся.
Не дожидаясь ответа Максима, он повернулся к Игорю, бегло взглянул на него и немедленно отвесил увесистую пощёчину.
– Хватит сопли жрать, едрена вошь! Возьми себя в руки.
Игорь немного встрепенулся, а Максим пожалел, что не мог сделать так же – незаметно довести совершенно разбитого Игоря до «Феерии» по улицам, полным патрулей, стоило ему немалых усилий.
Игорь бросил на Толика косой взгляд, шмыгнул носом, и полез во внутренний карман бушлата. Достав оттуда какую-то коробочку, он открыл её, что-то вынул, и положил себе в рот. Максим подозрительно прищурился, обдумывая свою догадку, а Толя не придал должного значения.
– Когда мы сможем идти? – спросил он мальчика.
– Когда скажете, дядя Толя.
Люк снова открылся и из него показалась голова Энди, но снизу опять донёсся какой-то шум, и Энди разволновался.
– Не к добру это. Всё, уходите через окно.
Он снова исчез в люке. Похоже, на этот раз окончательно.
– Спасибо за всё, старик! – донеслось сверху.
Энди хмыкнул что-то, навесил на люк маленький амбарный замочек, слез со складной лесенки и осторожно, стараясь как можно меньше шуметь, спрятал её в ближайшую комнату. Затем выдохнул и бодрым шагом пошёл вниз по ступенькам. Внизу в коридоре стоял комитетчик, другой заглядывал в кладовую, в которой ещё недавно Энди разговаривал с Черенко.
– Где ты был?! – грозно спросил боец в коридоре, а его напарник выглянул из кладовой.
– Прибирался, – невозмутимо ответил Энди. – У меня же всё-таки гостиница, хоть и хреновая.
Из зала донеслись громкие крики – там требовали хозяина и немедленно: у людей закончилась выпивка.
– Меня зовут.
Энди попробовал протиснуться между комитетчиками, но один из них схватил его за руку, словно тисками.
– Кого-то тут разводят, – процедил он. – А ну-ка пойдём, покажешь что ты там убирал, старый хрен. Андрей – останься в зале, а я проверю.
Напарник кивнул и вернулся в зал. Донеслась его команда заткнуться и крики из зала прекратились. Второй снял с плеча АКМС и кивком велел Энди подниматься.
– Какая комната пустая? – шепотом спросил он, следуя за стариком.
– Вторая и третья справа.
Энди подошел к нужной двери и достал ключ, но комитетчик бесцеремонно отстранил его, сделал шаг назад и, выбив хлипкую дверь мощным ударом ноги, ворвался внутрь, но там было пусто.
– Чёрт, давай открывай вторую! Быстро! – скомандовал он, и Энди поспешил выполнять.
Он повернул ключ и аккуратно открыл дверь, а боец заглянул внутрь – тут тоже было чисто. Бросив на Энди хмурый взгляд, он открыл дверь напротив – там какая-то парочка взволнованно выглядывала из-под драного одеяла. Комитетчик сморщил нос и вышел, намереваясь заглянуть во все номера.
– Полчаса назад ваши все тут проверили, каждый номер, – раздался позади раздраженный голос Энди. – А сейчас вы опять бесцеремонно врываетесь к моим клиентам. Вы испортите мне репутацию. Я буду жаловаться Филькенштейну! Или нет – я пойду к самому Миллеру! Достали!
Комитетчик посмотрел на Энди с такой ненавистью, что старик немного струхнул. Не переборщил ли он? Эти люди – это даже не патрульные, они легко могли пойти на принцип, выгнать всех и проверить каждую щель. И если беглецы ещё не убрались с чердака, на что Энди очень надеялся, это закончится для него виселицей. В самом лучшем случае.
Его опасения не оправдались. Боец скорчил презрительную гримасу, смачно сплюнул на пол, и бросив напоследок: «старый хрыч», спустился вниз. Энди постоял несколько секунд, ожидая когда бешено колотящееся сердце хоть немного притихнет, а затем перевел дух и пошёл следом – староват он уже для таких приключений. Тут недолго и богу душу отдать.
Игорь оживился довольно быстро. После хруста и грохота выбитой двери они не стали дожидаться, пока их найдут, и поспешили на крышу. С неё вниз можно было спуститься по ржавой, забитой грязью и мусором водосточной трубе. Толик не на шутку заволновался, что старая жестянка не выдержит его веса, но выбирать не приходилось. Первым, упираясь ногами в стену, вниз осторожно слез Максим, за ним Игорь, которого то ли свежий воздух, то ли убийственная вонь чердака, похоже, снова привели в чувство. По сравнению с копией себя пятиминутной давности Игорь с каждой секундой становился всё активнее. Последним спускался Толя. Несмотря на его опасения, труба поскрипела, но выдержала, однако во время спуска она дважды коварно хрустнула, от чего Толя здорово перепугался, однако в итоге всё закончилось благополучно.