Очень плохо. Я готова закрыть глаза и получить наслаждение. Как может неправильное чувствоваться таким правильным?
– Ты мурлычешь? – подкалывает Матео.
К счастью, нас прерывает Пенни. Она склоняется с другой стороны стойки и смотрит на меня глазами невинного олененка.
– Ты идешь танцевать? – И кивает на импровизированный танцпол.
– Конечно, – колеблюсь я.
Потому что с каждой секундой сильнее становится та часть меня, которая отчаянно хочет остаться с Дрю, отчаянно хочет продолжения прикосновений. Но у Пенни такой умоляющий взгляд, что у меня нет сил отказать ей. К тому же официально это вечер «Команды чирлидинга», а не «Вечер разбитого неким квотербеком сердца».
Я осторожно глажу руку Дрю и смотрю на него.
– Я потанцую с Пенни, – говорю медленно и подкрепляю слова импровизированным жестом.
– Мне пока подержать твою сумочку? – как будто так и надо, предлагает он.
Я медлю с ответом. Ставлю стаканчик на стойку, рядом кладу сумочку, выскальзываю из кружевной рубашки: она настолько тонкая, что легко поместится в сумочке.
Дрю берет сумку, вынимает мой телефон и вкладывает мне в руку.
– Я присмотрю, – обещает он и одаривает меня ямочками, от чего мое сердце млеет.
Я не сомневаюсь, что он хорошо присмотрит, но все же совесть моя нечиста от того, что я нагружаю его такими приземленными делами.
– Окей, – смущенно бормочу я, изображая соответствующий жест. – Пока.
Мне приходится подавить желание остаться с ним, и я, проведя рукой по его ладони, поворачиваюсь к танцполу.
Как только я оказываюсь в пределах досягаемости, Пенни хватает меня за руку и тянет вперед.
– С каких это пор ты добровольно разговариваешь с Джошуа?
– С нынешних? – предполагаю я.
Меня удивляет, что она оставляет без комментариев Дрю, видимо, она явно поглощена чем-то другим.
Мы присоединяемся к Аве и остальным на танцполе. Мне нужно некоторое время, чтобы переключиться и приспособиться к музыкальным вкусам Джошуа. Но Ава со смехом мне подплясывает, и я забываю обо всем вокруг. Мы веселимся в полную силу, как и было запланировано. Только Пенни чем-то озабочена.
Проследив за направлением ее взгляда, я все понимаю. Кайл, широко расставив ноги, сидит в кресле, а на коленях у него примостилась девушка, и они оживленно общаются. Его рука лежит на ее бедре, она гладит его по коротким волосам. Пенни изо всех сил старается игнорировать эту сценку и веселится, может, даже больше для того, чтобы привлечь его внимание, но этим двоим и дела нет.
– Почему бы тебе не подойти к ним?
В конце концов, в официальном статусе его девушки она имеет полное право изгнать чужака.
Пенни крепко сжимает губы, качает головой и продолжает упрямо танцевать. Резкий смех разрывает воздух, когда Кайл встает – с незнакомкой на руках. Она обняла его за шею, пока он несет ее к стойке. Там осторожно ставит на пол, наполняет два стаканчика пивом, а она беспрестанно теребит его за рубашку, чтобы, не дай бог, не отвлекся от нее.
Я не могу больше выносить безропотность Пенни. Схватив ее за руку, тяну к балкону против ее воли. Похоже, это единственное место, где можно спокойно поговорить. Я закрываю стеклянную дверь и стараюсь не обращать внимание на холод. Тело покрывается мурашками, которые ледяными кристалликами впиваются в кожу. Совсем не такие, какие появляются при виде Дрю.
– Джули, здесь холодно, – лепечет Пенни и тянет подол платья вниз, но не пытается уйти.
Я, сделав шаг, кладу голые руки на перила и тут же отдергиваю – холодный металл обжигает кожу.
– Расскажи мне, что происходит между тобой и Кайлом.
Я просто хочу понять. Почему она так очевидно позволяет причинять себе боль? Она умная, ее все любят. Почему не пошлет Кайла подальше, почему не найдет себе парня, который будет ее ценить?
– Я же не спрашиваю, что поисходит между тобой и Дрю, – отвечает Пенни и обнимает свои узенькие плечи.
Она не хочет казаться слабой, но я слышу в ее голосе страдание.
– Он всего лишь держит мою сумку, так что не отвлекайся. – По крайней мере, хоть частично правдивый ответ.
– Джули, это… – Она пытается пригладить волосы, собранные в хвостик. – Я видела, как он к тебе прикасается, но… Тебе не следует с ним встречаться, – заканчивает она торопливо и, глядя под ноги, ковыряет носком шикарных босоножек балконный пол. – Это не ты. Я тебя знаю. Ты ищешь настоящую любовь, человека на всю жизнь. С Дрю у тебя нет будущего. – Она указывает на дверь. – Им же нужен хорошенький трофей, что-то презентабельное, а они в это время…