Мой папа, самый добросовестный человек на свете, забыл оплатить счета? Несколько недель назад я почувствовала что-то неладное, теперь сомнений не осталось.
– Кто-нибудь наконец скажет, что происходит? – раздраженно спрашиваю я у Бо и папы, все еще стоящих у кладовки.
Очевидно, Бо нашел фонарики, потому что он немедленно направлет свет мне прямо в лицо. Я отодвигаю его руку.
– Ничего, – говорит папа. – Но мы должны пережить выходные без электричества. Может, освободите холодильник, чтобы еда не испортилась? И ты переночуй сегодня у подруги, чтобы у тебя была возможность утром принять теплый душ. Я займусь светом в понедельник. Обещаю.
– Папа! – Меня не так легко обмануть. – Ты закрываешь кабинет физиотерапевта и увольняешь Риту. И ты, и Бо продаете машины. Свет не оплачен. И ты мне рассказываешь, что все в порядке. – Я изо всех сил сдерживаюсь, чтобы не кричать. – Возможно, я и ударилась головой, но я не тронулась умом и понимаю, что все не в порядке!
– Празднуйте день рождения. Поговорим завтра. – Папа берет фонарик у Бо.
Он не может просто так уйти, как будто ничего не произошло!
– Пап!
Я со слезами на глазах смотрю ему вслед. Он не может так поступить!
– Не переживай. Все хорошо, – обещает Бо и целует меня в макушку.
– Если не считать, что у нас нет света, еда в холодильнике испортится, а на диване в гостиной валяется пьяный футболист с личностным кризисом, – едко заявляю я.
– Ты занимаешься едой, я – пьяным футболистом, папа – электричеством.
Я соглашаюсь, но у меня пропало желание праздновать. Я нарезаю овощи, сооружаю бутерброды и с помощью Матео и Дрю выношу гостям.
Наконец я, завернувшись в теплый плед, сажусь между колен Дрю и протягиваю ноги к огню. При виде дома с темными окнами меня гложет тревожное чувство. Бо и папа что-то от меня скрывают. И чего я не переношу, так это нечестность. Внезапно понимаю, что не против уехать и переночевать в другом месте.
Я вытаскиваю телефон, но несколько колеблюсь.
ДЖУЛИ: Знаю, звучит нелепо, но могу я переночевать у тебя?
Я показываю телефон Дрю, который через плечо читает сообщение. Он обнимает меня сзади руками и набирает ответ прямо перед моим носом:
ДРЮ: Почему нелепо? Ты же не просишь переспать с тобой. (Кстати, ответ на оба вопроса – в любое время.)
ДЖУЛИ: И что скажут твои родители?;)
ДРЮ: Я показал своей семье твой инстаграм. Единственным советом от Эроны было – раз лизнул, ешь до конца.
ДЖУЛИ: Ясненько. Вы явно родственники.
– Вы всегда так общаетесь? – спрашивает Хэйли, разрывая уютный пузырь нашего разговора.
Я не вижу никого вокруг, когда пишу Дрю.
– Часто. Язык жестов намного труднее, чем мне казалось.
– Кому ты рассказываешь? – стонет Матео и валится на травку рядом с Хэйли.
Судя по бутылке в его руке, он явно нашел что выпить.
– Благодаря МакДэниэлсу мы должны выучить кучу новых жестов. Если Кайл и дальше будет топить жалость к себе в джине, то Брукс продлит его заточение. Но тогда нам предстоит занимательный сезон. Ничего против МакДэниэлса. Если поймешь, чего он хочет, то все идет как по писаному. Но в половине случаев ступорит либо он, либо команда. Клянусь, если и дальше так останется, вам будет над чем посмеяться.
– Знаешь, как жалко это звучит? – Хэйли с сомнением смотрит на Матео. – МакДэниэлс владеет языком жестов, читает наш язык по губам, может писать, хотя ни слова не слышит. А вам надо приложить усилия, чтобы выучить несколько дополнительных жестов?
– К тому же он должен выучить наизусть ваши тактические ходы. Немного взаимного уважения никому не повредит. – Пенни впервые становится на сторону Дрю.
Я воздерживаюсь от комментария, что до расставания с Кайлом изучение языка жестов она считала необоснованным наказанием.
– Эй! – Матео поднимает руки в защитном жесте. – Я очень уважаю МакДэниэлса. Он действительно хорош. Если я понимаю его намерение, то мы прекрасно гармонируем. И он, видимо, сделал что-то правильное, раз смог добиться Саммерс. А ведь сколько другие пытались.
– Значит, она тебя отшила, – предполагает Хэйли и насмешливо улыбается.
Я оставляю их дальше упражняться в остроумии, потому что вижу Бо, облокотившегося на перила веранды.
Я извиняюсь перед Дрю, присоединяюсь к брату, и мы вместе смотрим на сад.
– Я еще злюсь, потому что вы что-то скрываете. Но я все равно спрошу, как у тебя дела.
– Это вопрос? – Бо не в силах подавить ухмылку в голосе. – Мне удалось уложить Джошуа в свою кровать. Там ему никто не помешает. К тому же избежим глупых вопросов о пьяном футболисте на нашем диване.