Джован потирает свой лоб.
— Ты права. Осколок?
— Понял, — отвечает Осколок.
Они с Роско, молча, шли позади нас.
— И убедись, что каждый из них знает, что если каким-то образом навредит деревенским жителям, то встретиться с остриём моего меча.
— Да, мой Король.
— Роско? — спрашиваю я. — Ты знаешь мой мир. Как ты думаешь, как деревенские жители отреагируют на присутствие уроженцев Гласиума?
Он прочищает горло.
— Я считаю, что деревенские жители будут бояться нас вне зависимости от того, что ты скажешь, Татума Олина.
Моё сердце замирает. Я не хочу свергать свою мать ради этого. Я хочу мира между нашими народами.
— Но, — говорит он, — ты должна заставить их увидеть, что ты и союз с Гласиумом, лучший для них вариант. Они знают, каково это жить с Татум. Они знают, каково это иметь Гласиум в качестве врага. Ты должна предложить им лучший вариант, а затем выполнить свои обещания. Твоей целью должно быть доверие. Со временем доверие приведёт к любви.
Я поворачиваюсь на дромеде, чтобы обернуться, и вижу только очертания Роско.
— Спасибо. Это здравый совет.
Это не остановило мой желудок от урчания, но поставило невозможную задачу в возможные рамки.
Я улавливаю шум от людей впереди нас.
Моя тошнота поднимается на новый уровень.
— Подождите! — я задыхаюсь. — Стойте!
Я соскальзываю с бока дромеды и мчусь к опушке леса, слыша, как меня окликает Джован. Надеясь, что скрылась из виду, я, приподняв вуаль, планомерно опорожняю содержимое своего желудка на землю. Каждый раз, когда я думаю о том, что собираюсь сделать, на меня нападает очередной приступ рвоты.
Я издаю стон и упираюсь головой в чёрный ствол.
Тёплая рука потирает мою спину.
— Лина, твои люди примут тебя. Всё будет хорошо.
Я выплёвываю желчь, заполнившую рот. Какая-то часть меня задается вопросом, стоит ли мне воздержаться от этого в присутствии Джована, но я думаю, что он видел, меня избитую до полусмерти, так что это его не смутит.
— А если нет?
— Тогда я убью их.
Я коротко смеюсь.
— У тебя всегда один ответ.
— Он всегда будет таким, когда это касается тебя. Чувствуешь себя лучше?
Мой желудок успокоился. Я вздыхаю.
— Это будет казаться ужасным, пока не закончится.
Справа от меня появляется большая ладонь. Я хватаюсь за неё, а другой рукой опускаю вуаль. Джован хватается за материал.
— Я хочу поцеловать тебя.
Я отстраняюсь и убираю его пальцы с моей вуали.
— Меня только что тошнило. Мы не будем целоваться.
У меня есть границы.
— Думаешь, меня это волнует?
— Думаю, меня волнует, — возражаю я.
Он стонет.
— Отлично. Тогда давай уже покончим с этой чертовщиной.
Я возвращаюсь к нашим скакунам вслед за Королём, тихонько вторя ему.
— Давай покончим с этой чертовщиной.
ГЛАВА 15
— Их четверо, — шепчет Лёд.
— По два стражника с обеих сторон деревни, — говорит Вьюга.
— Всего двадцать, — бормочу я.
Остальные стражники расставлены вокруг продовольственных складов. Нас пятьдесят. Это не должно стать проблемой. Мастерство нашего небольшого отряда на высоком уровне. Но не это заставляет меня тянуть время. Мои руки и рана на груди зажили, но…
Грех ударяет меня по спине.
— Хорошая драка поможет сбросить нервозность. О чём ты волнуешься? Деревенские мужчины поддержат тебя только потому, что ты сексуальна.
Лавин разражается сдавленным смехом.
— Возможно, ты пропустил фундаментальные различия между Брумами и Солати, — возражаю я.
Лёд усмехается.
— Не знаю, что такое фундаментальные, но мужчины Солати не выбирают сексуальных. Чем уродливее женщина, тем больше вероятность, что они её захотят! Вот почему никто не хотел Мороз.
Настала моя очередь подавлять смешок.
— Где, чёрт возьми, ты это услышал?
Проклятые слухи Брум.
— Мне Санджей сказал, — с негодованием отвечает он.
Борьба в листве позади нас заставляет меня напрячься. Я беспокоюсь о том, как буду сражаться. Я уже отвыкла от ограничений вуали.
— Король Джован просил передать, что он на месте, — говорит дозорный.
Я киваю мужчине, и он исчезает между деревьев.
Деревня окружена холмами. Как и во всех деревнях Осолиса, через центр проходит тропинка. Соломенные домики расположены на большем расстоянии друг от друга, чем убежища Гласиума. Это механизм защиты от пожаров; специально разработанный проект, дающий небольшой шанс сдержать точечный пожар, который может начаться. С другой стороны холма доносится ритмичный стук молотка. Ребёнок зовёт свою мать. Звуки моего народа. Но есть разница. Я чувствую её.