Глава 24.
На следующее утро Кошка удивила его: после завтрака она сидела у входной двери в холле, не давая усомниться в своём намерении снова отправиться с ним в департамент.
Это удивляло. Тем более, что вчера вечером она выглядела вялой и нездоровой. Отказалась от ужина. Пока он работал в кабинете, спала у него на плечах. Потом он сам перенёс её на кровать, где она всю ночь жалась к нему в поисках тепла. Остроглазая Ивонна заметила, что он расстроен. И вместо того, чтобы промолчать, заметила, что животные частенько плохо переносят изменения условий жизни. А потому пройдёт день-два и всё наладится, тем более, что кошка не выглядит по-настоящему больной.
Тем удивительнее всем домашним было наблюдать решимость, с которой пушистая зараза собралась повторить вчерашнее приключение.
- Может быть, не стоит?- с сомнением спросил её Дарос.
Она, вместо ответа стукнула по двери лапой, словно ответила:
- Меньше слов! Открывай!
Ну, ладно. Пусть, если хочет. Увидит снова сборище ментально неустойчивых и склонных к агрессии существ и передумает.
Она не передумала, а упрямо таскалась за ним в департамент каждый день. И постепенно привыкли все: сама Кошка и сотрудники.
Сначала она почти всё время сидела у него в кабинете, даже гулять он выносил её на руках. Потом стала перебежками передвигаться по этажу, настороженно поглядывая на работающих. При любом громком звуке забивалась под ближайший стол или шкаф и долго не показывалась оттуда.
А по прошествии пары недель вела себя так, словно тут и родилась. И, как ни странно, появление Кошки пошло им всем на пользу. Первым заметил это, как и следовало ожидать, Азарк. На одном из совещаний он заявил:
- У тебя не кошка, Шеф, а ходячий антистресс. Может быть, пусть и живёт тут?
На это Дарос был категорически не согласен. Кошка его! Но, стоит признать, у неё появились свои "любимчики". Те, к кому она подходила здороваться каждое утро и рядом с кем любила посиживать. Остальные удостаивались её внимания периодически.
Даросу было интересно наблюдать за теми, кого она выбирала, кто вызывал её интерес и привязанность. Фаворитом, безусловно, был Азарк. Она проводила с ним примерно столько же времени, как и с хозяином. Один раз вечером Дарос даже наблюдал уморительную картину: Азарк, чем-то сильно расстроенный, экспрессивно рассказывал что-то Кошке, а она сидя на столе, заглядывала к нему в глаза и периодически прикасалась лапой то к его руке, то к лицу. Утешала.
Сегодня, однако, Азарк не ударился в самокопание, как обычно, а сцепился в открытую, да не с кем-нибудь, а с Арсом. Они так кричали друг на друга, что Дарос выскочил из кабинета. Мало ли, придётся разнимать?
- Да, ты достал своими придирками!- орал Азарк.
Арс рычал в ответ:
- Я твой непосредственный начальник, а потому, ты пойдёшь и сделаешь так, как я приказал!
- Не пойду! Потому, что это поставит под угрозу хренову кучу народа, а ты слишком неадекватен, чтобы понимать это сейчас!
Дарос даже прикрыл глаза. Сказать теряющему контроль дракону об этом прямо - это значит только ускорить срыв...
Арс подтвердил эту догму. Он яростно заорал так, что жилы вздулись на лбу:
- Это с чего бы мне быть неадекватным?!
Азарк мог бы вывернуть всё в шутку, мозгов хватило бы, но этот ненормальный страдал полным отсутствием инстинкта самосохранения. Что полностью подтвердил сейчас. Ответил предельно честно и открыто, и поставил свою жизнь на кон:
- С того, что ты страдаешь. Женщина, к которой ты привязан, угасает, и ты сходишь с ума от бессилия.
Наступила мёртвая тишина. Мальчишка нарушил самое страшное табу в их обществе: заговорил о личном. О таком личном...
Арс едва-едва удерживался от оборота:
- С чего бы мне сходить с ума из-за какой-то наложницы?!
Теперь и Азарк взбесился не меньше, чем Арс. Сильная кровь! Сейчас, когда маска весёлого раздолбая сброшена, это было более, чем заметно. Он шипел, чудом удерживаясь от трансформации и от того, чтобы броситься на соперника: