Тот правильно понял его вопрос, пожал плечами:
- Всё уже в норме... Он не хочет возвращаться.
Это не самое странное, что приходилось слышать от гения.
- И что теперь?
Опять пожатие плечами:
- Ждать. Он либо очнётся, либо нет.
Дарос не выдержал:
- Как не очнётся?
- Обыкновенно. Вместо одного трупа у нас их будет два. И оба обеспечишь ты!
Дарос хотел бы рявкнуть, заткнуть умника, но это непродуктивно, а потому от сдержался и попросил:
- Позови его, Гран!
Друг бросил на друга сумрачный взгляд:
- Не стану, не проси. Судя по всему, ничего хорошего его тут не ждёт. Не сейчас, так несколькими месяцами позже... Лучше уж так, чем из-за клятвы или как твой клиент внизу. Что выпучился? Так бывает. Наш дух знает больше, чем знаем мы. Иногда нужно просто отпускать...
Дарос хотел было возмутиться, но взглянул на друга и промолчал. Он видел всё как-то иначе. Это не значит неправильно. Просто иначе.
Подошёл к столу. Совсем юный, наивный, любящий жизнь и всех существ без разбору. Брат близнец Азарка. А он думал, что только Кошка такой была!
Боги снова дали шанс всем и ему, а что сделал он? Снова не сберёг. Этого даже не попытался, в отличии от Кошки. Хотя и рассмотрел, и оценил. Что это? Зависть к более достойному? Чем тогда он лучше Армоса? И как найти ту дорожку, чтобы не ошибаться, хотя бы так фатально? Почему это получается так легко у Азарка и Фина и не получается у него? Как научиться?
Дар оглянулся. Гран отвлёкся на свои дела, а потому он положил руку на голову юноше, чуть погладил волосы:
- Я не умею звать, как он. Не понимаю даже как это может работать. Но прошу тебя, вернись! Такие как ты и Азарк учат нас. И моя Кошка такая была. Я так скучаю по ней, знал бы кто-нибудь! Сам не знаю почему. Может быть потому, что я не умею любить, как все мы, драконы. И мне нужен "донор" всегда, и во всём, что касается нормальной жизни. Может быть, поэтому те, кто любят нас, уходят? Мы "выпиваем" их и в этом?.. Я не хочу так. Хочу брать, но и отдавать столько же. Вернись и научи меня, маленький смешной мальчик, как учит меня Азарк. И прости, что я был не в себе всё это время.
***
Дарос быстро спустился вниз. Там уже были и секретарь, и лекарь. Пол вымыли. Он не стал продолжать допрос. Приказал всем выйти. Подошёл к столу.
Агент сарвейцев был в сознании. Напряжённо смотрел на него. Улыбнулся окровавленными губами:
- Значит тот маленький гоблин помог мне, и продолжения не будет?
- Нет, не будет. И, похоже, он помог не только тебе.
Сарвеец хохотнул, в груди что-то булькнуло:
- Так бывает иногда. Получаем уроки там, где не ожидаем.
Дарос кивнул. Дольше тянуть не собирался. Зелья переставали поддерживать умирающего и скоро начнётся агония, а это особый вид мучений.
Он прикоснулся к его руке:
- Ты мужественно прошёл свой путь, не свернул, не предал. Остался верен себе и своей родине. Было честью узнать тебя. Иди с миром.
Особый свет зажёгся в усталых глазах умирающего:
- Иди вперёд, будущий король Халлворона. Иди вперёд и ты увидишь...
Кровавые пузыри показались на его губах. Тянуть дольше нельзя.
Дарос наклонился к нему и прошептал:
- Откройся мне и я клянусь, что не увижу того, чего ты сам не захочешь мне показать.
Умирающий чуть кивнул. Теперь Дарос видел одновременно и его широко открытые глаза, и другое. Длилось это всего пару мгновений, а потом Дарос мгновенно прекратил жизнь умирающего. Хватит мучений...
Поднимаясь в лабораторию, Дарос постоянно чувствовал ладонь. Он вымыл руки, но казалось, что кровь всё ещё там.
Вошёл. Стол в пуст, окна закрыты. Дар застыл. Неужели, и правда, будет два тела?
Из другого помещения ему навстречу вышел Гран, увидел панический взгляд и ухмыльнулся:
- Пришёл в себя наш гоблёныш. Слава богам! Оборотни сожрали бы меня. И поминки так, как они их себе представляют, пережить сложно.
Слова с трудом проталкивались сквозь глотку:
- А где?..
- В изоляторе. Там комфортно. Понаблюдаю пару дней. Шутка ли, такая длинная потеря сознания.
Дарос попытался открыть рот, но Гран опередил его:
- Он попросил меня никого к нему не пускать, включая меня самого. Только осмотры. Допекли мы, похоже, паренька.
Глава 37.
На "чердак" Фин вернулся только через полторы недели. Три дня он пролежал в изоляторе под наблюдением, а потом Гран отпустил его домой со строгим наказом лежать ещё несколько дней.
Кира и лежала. Вставать, говорить, видеть кого-то ей не хотелось абсолютно. Хранитель и вовсе настойчиво предлагал закончить всё это. И она согласилась бы, даже Азарк не удержал бы. Ему в любом случае делать выбор, кем быть, как и любому из других живущих. А от этого не убережёшь.