- Я выгляжу ужасно, правда? Сама не понимаю, зачем я...
- Но мне очень нравится!
- Нравится?
- Прическа очень идет к твоему платью! - Дэвид протянул ей руку. - И должен заметить, что и платье тебе идет. Ты в нем выглядишь весьма соблазнительно.
Луиз засмеялась, и щеки ее покрылись нежным румянцем. Дэвид улыбнулся, ласково сжимая тонкие пальцы своей спутницы.
- Твой румянец тоже весьма привлекателен.
- Не смейтесь надо мной, Дэвид Хеллоуз! - запротестовала Луиз, еще больше краснея.
- Совсем нет. Я не смеюсь, я только хочу сказать, что когда ты краснеешь, то становишься еще женственней. Мне начинает казаться, что тебя нужно защищать.
- В наше время и в моем-то возрасте? - с интересом спросила она. Дэвид пожал плечами.
- О, я понимаю, что сейчас это не модно - пропускать женщину вперед, вставать, когда она входит в комнату... Да, над этим могут и посмеяться. Но что делать, если я старомодный человек. Мне нравится разница между мужчиной и женщиной, и я не считаю, что должен этого стыдиться.
- Совершенно с тобой согласна! - подтвердила Луиз.
Они достаточно долго работали вместе, и она прекрасно знала, что он не пускает ей пыль в глаза. Дэвид не относился к женщинам, как к бездушным куклам. Отнюдь! Он всегда вел себя с ними с уважением и с церемонной учтивостью.
Дэвид опять улыбнулся.
- Именно это и привлекло меня в тебе. - Луиз была поражена, когда он добавил:
- Твоя женственность.
Луиз прежде не слышала от него подобных признаний. Она часто задумывалась над тем, почему Дэвид, достигнув тридцатипятилетнего возраста, не женат. При его привлекательности он нравился многим женщинам, у него появлялись подружки, но все связи скоро кончались.
Может быть, загруженность работой, необыкновенная преданность своему делу вставали между ним и девушками, с которыми у него начинались романы?
Он вовсе не был похож на известный тип сурового, властного хирурга. Элегантность, мягкость, теплая улыбка и приятные манеры делали его самым популярным врачом в Уинбери. Но сегодня вечерний костюм, белоснежная рубашка и шелковый черный галстук придавали ему особый шарм.
Губы Дэвида забавно скривились.
- Ты так меня рассматриваешь, Луиз... Может, я насторожил тебя признанием, что мне нравятся женственные девушки?
Она рассмеялась и покачала головой. Тогда он крепче сжал ей руку, привлек к себе и наклонил голову. Луиз инстинктивно подняла лицо, чтобы он мог ее поцеловать. Но в тот миг, когда их губы встретились, зазвонил телефон, и они отстранились, пристально посмотрев друг на друга.
- Не подходи, - сказал Дэвид, и она засмеялась:
- Не могу. Может быть, это отец. Это был не отец - звонили из больницы. Дэвид застонал, когда Луиз вздохнула и протянула ему трубку.
- Извини, - сказала она, когда он неохотно взял ее и резко произнес:
- Хеллоуз слушает... Как долго все это продолжается? - нахмурился Дэвид.
Луиз стояла и смотрела на него, руки ее как бы помимо воли поглаживали короткий бархатный жакет. Если Дэвида вызовут в больницу, она, конечно, никуда не пойдет.
Он положил трубку и с кислым лицом повернулся к ней.
- Я предупреждал, что не следует подходить к телефону.
- Вот не думала, что они могут до нас добраться!
- Мне не должны были звонить, но один из наших больных ждет операции уже в течение трех дней, хотя его состояние не позволяет ее делать. Теперь оно, похоже, стабилизировалось, но Колин Доукинс не хочет рисковать и просит меня заскочить в больницу посмотреть больного и решить вопрос об операции.
- На самом деле он предпочел бы, чтобы эту операцию сделал ты, - сухо заметила Луиз. Дэвид засмеялся.
- Думаю, ты права. Этот парень приходит в ужас, когда приходится брать ответственность на себя.
- Значит, мы не пойдем на танцы?
- Ничего подобного! Конечно, пойдем! Но мне, наверное, стоит по дороге завернуть к Колину и решить, стоит ли ему оперировать или нет.
- В любом случае логичнее подождать до завтра.
Дэвид кивнул.
- Угу, Колин, конечно, хитрец. Но я не уверен, что больной должен ждать. Поедем, я все решу на месте.
Когда они подъехали к больнице, Дэвид спросил:
- Подождешь меня в машине? Но Луиз покачала головой.
- А вдруг ты застрянешь там на несколько часов. Лучше я загляну в свое отделение и выпью кофе с сестрой Дженкинс.
- Ты просто хочешь похвалиться новым платьем, - поддразнил ее Дэвид, и Луиз улыбнулась.
- Почему бы и нет?
Они расстались в вестибюле, и Луиз "прошуршала" по коридорам. Ей было смешно ловить на себе удивленные взгляды пробегающих мимо медсестер.
Эллен Дженкинс была в палате и наблюдала, как молоденькая дежурная сестра разносит вечерние лекарства. Луиз пошла им навстречу. Эллен повернулась и уставилась на нее. У нее даже рот открылся от удивления.
- Ты что, не можешь жить без больницы? Луиз, смеясь, все ей объяснила:
- Дэвиду пришлось приехать, чтобы проконсультировать больного. Надеюсь, ты напоишь меня кофе, пока я буду его ждать.
- Поставь кофейник, я через секунду вернусь, - с удовольствием согласилась Эллен.
- Какое великолепное платье! - ахнула дежурная сестра.
- Спасибо. Оно совсем новое.
- И очень вам идет, - сказала девушка, затем подняла взгляд на локоны Луиз. - Прическа тоже.
- Первый раз вижу, чтобы ты так причесывалась, - заметила Эллен.
- Это я сегодня экспериментировала. Никогда прежде не носила локоны, и, мне кажется, никогда впредь не стану этого делать, - вздохнула Луиз.
- Ну и напрасно! - воскликнула дежурная сестра, а Эллен одобрительно кивнула:
- Мне тоже очень нравится! Ты совершенно по-другому выглядишь.
Луиз покраснела и сказала:
- Спасибо!
Она направилась в свой кабинет, когда ее остановил слабый голос. Луиз посмотрела через всю палату на кровать Закари Уэста и увидела, что он слегка пошевелился, а его глаза открыты.
- Вы звали, мистер Уэст? - спросила она, подходя.
Он молча смотрел на нее.
- Мне показалось, что вы меня звали? - повторила Луиз вопрос.
Он закрыл глаза и опять ничего не ответил.
- Мне уже мерещится, - пробормотал Закари еле слышно.
Луиз наклонилась ниже, чтобы разобрать его слова.