Потеряв интерес к пикнику в лесу, Мери вернулась в Кингстри, благодарная, что ей не придётся встретиться с Нелли прямо сейчас, отягощенной новым знанием и тем, что Клайв тоже не появится в доме еще несколько дней.
Она не была, конечно, так наивна, чтобы всерьез думать, что ей удалось убедить Леони сознаться перед Клайвом ради них обоих. Но Леони была достаточно разумна, чтобы осознать последствия раскрытия своей тайны в ходе полицейского расследования. Мери не могла догадываться о том, когда именно та решится во всем признаться Клайву. Впрочем, ей казалось наиболее вероятным, что, если оглашение их помолвки планировалось совместить с празднованием совершеннолетия Нелли, — возможно, даже на самом балу, — Леони еще потянет время. Как только о помолвке будет официально объявлено, она сможет рассчитывать на то, что Клайв проявит благородство и убережет ее от скандала, думала Мери, не подозревая, что момент раскрытия тайны уже не зависел от Леони…
Клайв еще не вернулся из Лондона, когда и Мери, и Нелли отправились спать накануне дня рождения. Большую часть дня они провели вместе, наблюдая за тем, как служащие фирмы-поставщика провизии превращают официально-строгий зал приемов «Дервента» в бальный зал. Возвращаясь домой, Нелли была возбуждена, но падала от усталости, и Мери удалось уговорить ее лечь, не дожидаясь возвращения брата. Она согласилась поужинать в спальне при условии, что Мери присоединится к ней, и потом они разговаривали, пока сонная Нелли не объявила, что готова заснуть.
Оставив ее, Мери спустилась вниз, чтобы вместе с миссис Хэнкок спланировать, как именно следует разложить на столе подарки. Среди свертков были пришедшие по почте, но спрятанные хитроумным Уильямом, там были корзины с цветами и вазы, присланные работниками сада, Хэнкоки выбрали в качестве подарка пушистый ковер для спальни. Мери, долго не решавшаяся остановиться на чем-то конкретном, в итоге купила для Нелли пару старинных серебряных подсвечников; миссис Форд назвала вещи своими именами, прислав внушительной толщины справочник по домоводству… Леони не прислала никакого подарка, хотя, ради сохранения лица, наверняка еще подарит что-нибудь. Барни, который должен был прийти к завтраку, тайно прислал свой — седло, уздечку и хлыстик с серебряной ручкой, которые, по общему мнению, могли подсказать Нелли, зачем это Клайв распорядился подвести нового коня из конюшни под распахнутое окно… Миссис Хэнкок, лучше всех разбиравшаяся в музыке, затянет «С днем рождения», и остальные подхватят con brio, «или как там это называется, когда поют вразнобой», по выражению Барни.
Позже Мери, уже улегшись в кровать, не могла уснуть от возбуждения и от щемящего предчувствия, не покидавшего ее после разговора с Леони. Она знала точно, что сон не придет вообще, если его не нагонит чтение. Включив свет, она поискала свою книгу — подборку эссе некоего ирландского писателя, скрупулезно осветившего все возможные темы, связанные с повседневной жизнью человека, — но тут же вспомнила, что оставила ее на столе в кабинете Клайва. Решив, что сумеет ее найти и вернуться за пару минут, она решила спуститься.
В кабинете Мери включила настольную лампу и застыла, отыскивая место, где закончила чтение, чтобы определить, сколько еще осталось. На минуту полностью погрузившись в это занятие, она не услышала, как открылась дверь и в кабинет вошел Клайв, пока его тень не упала на противоположную стену.
— О… — Вздрогнув, она обернулась. Почему-то первым делом попыталась угадать по его лицу, виделся он с Леони и говорил ли с ней. Впрочем, сразу же ей пришло в голову, что она, растрепанная стоит перед ним в халате. Когда Клайв щелкнул выключателем и комнату заполнил свет, она сказала:
— Простите. Я оставила здесь книгу и спустилась за ней. Я и не знала, что вы успели вернуться, мистер Дервент.
— Только что приехал. Я попросил Уильяма отогнать машину потом, так что вы не могли слышать мотора. — Поставив портфель на стол, он окинул косым взглядом длинный подол ее ночной рубашки и босые ноги, обутые в тапочки.
— Я так понимаю, что вы уже легли спать?
— Да. Нелли собиралась проснуться пораньше, и я сама решила лечь, после того как мы с миссис Хэнкок подготовили завтрашние подарки.
— Хорошо. Полагаю, работа идет гладко? Я звонил Леони из города этим утром, и она говорит, что, насколько она может судить, все в порядке.
— Вы… вы не виделись с мисс Криспин после возвращения? — не выдержала Мери.