В восемь с небольшим, я отказалась от материнского молока и стала по нашим обычаям «вдвойне свободной», ну и ушла учиться на… Хотя это, пожалуй, уже к моему рождению точно отношения не имеет.
Так-с, судя по выпученным и остекленевшим глазам, отличия несколько больше, чем я предполагала. Надо будет попозже прояснить этот момент, как только он сможет пару слов связать. А пока попробую растормошить.
— Так, ну что там было с первым вопросом?
Удивительно, но он очень быстро собрался — так глядишь и адаптируется.
— Ты человек? — Рано я его хвалить начала, лизнула в лоб — температуры вроде нет, как и бледности с потливостью, а бред несет как при жаре.
— Там же у тебя в книжке четкое определение есть — «двуногое бесперое, с плоскими когтями». У меня же — когти крючками и круглые, вместо ног — руки, вот посмотри там и противостоящий большой палец имеется. Могу писать ими ничуть не хуже чем верхними. Перьев мне, что ли в себя понатыкать, чтобы точно не перепутали?
— Скорбно это — думал я, о спасении твоей души, а кроме человека ни у кого боле души нет…
Приходится несколькими штрихами прямо на камне набросать забавную длинную мордочку с торчащими ушками и нимбом вокруг головы. Мой собеседник хватается за сердце:
— Святой Христофор, псоглавец…
— Как думаешь, а его о наличии души тоже спрашивали?
У меня что-то тоже перехватывает горло, ощущение просто «дежа вю», уж очень похожи мы с этим святым — и не только уши и прочей наружностью, некоторые детали биографии тоже весьма…
Глядя в спину удаляющегося по странной синусоиде Назария, подумала что, похоже, опять его обеспечила поводом для истовых молитв дня на два — как раз успею доделать свою плитку и научится печь блины…
Бусина зеленая
Бывает так, что даже дикому зверю, не признающему над собой никакой власти, приходит понимание, что нет для него другого пути иначе как к человеку. И вот это-то и есть доказательство того, что «царь зверей» это отнюдь не лев. Потому как главное достоинство царя все же не сила, хотя без нее тоже никак, или ум, что весьма спорно, а — милосердие.
Сигнал о нарушении периметра пришел во втором часу (8-00) — цель одиночная, движется со средней скоростью идущего человека, прямо к келье, масса… сто шестьдесят килограмм. В полном непонимании хватаюсь разом и за винтовку и за аптечку — или к нам на самом деле один человек несет другого (всадник даже на осле весил бы больше, да и распознались Тактиком бы удары копыт) или «Леве» показалось мало, и он явился для окончательного расчета. Но против последнего играл тот факт, что траектория движения была прямой — зверь бы колебался и подкрадывался, обязательно сделав круг.
Смущала и фигура Назара замершая на входе в келью — он тоже был напряжен и смотрел, что характерно, именно в сторону приближающегося гостя. Впрочем, гадать нам долго не пришлось, из-за склона показалась львица волочащая в зубах сверток, потом она спокойно подошла ко мне и, покосившись на замершего соляным столбом Назария, положила свой «подарок» к моим лапам. После чего легла на брюхо не отрывая от меня немигающего взгляда.
— Что это?
— Львица и львенок. — Говорю первую пришедшую в голову глупость, одновременно присаживаясь на корточки, чтобы получше рассмотреть.
«Подарок» действительно был почти дохлым львенком, еще совсем маленьким, пятнистым и даже без зачатков гривы, он очень слабо попробовал огрызнуться, когда я его лизнула и только еле слышно заплакал, когда стала осматривать рану.
— Налей воды в миску, будь добр, и, не делая резких движений, подсунь ей.
Пока львица пила, все не отрывая глаз от детеныша, Назарий в очередной раз «подергал смерть за усы» погладив ее по голове и почесав за ухом. Хорошо хоть осторожно, не зацепив многочисленных «царапин», потому был воспринят в своем праве и терпеливо проигнорирован. Я же пыталась придумать что произошло, в травматологии — это самое важное, даже в ситуациях когда кажется что медлить нельзя. Видимо тот же вопрос занимал и Назария.
— Что с ними случилось?
Невероятным волевым усилием подавляю желание почесать в затылке и быстро раскладываю инструмент из аптечки.
— Видимо в прайде сменился глава. Он обычно давит всех котят от предшественника…
— А говорят, что животные безгрешны… — С печалью крестится на восходящее солнце Назарий.
— Они и безгрешны, если некого будет кормить, у самок раньше начнется течка и они раньше смогут родить уже ЕГО котят. Вот только он просчитался Рут (библейск. Руфь — подруга) у нас уже старенькая — за свою последнюю радость она дралась насмерть.