Смотрю прямо в круглые зрачки желтых глаз — вроде новое имя принято, значит дальше все будет проще… Несколько секунд, чтобы завершить происходящее, и кажущееся вежливой просьбой:
— А теперь, подержи пожалуйста…
Рут покорно подползает вперед и берет котенка зубами за шкирку, только вздрагивая вместе с ним, пока делаю прокол УММ-ом и копаюсь внутри, пытаясь справится с гемотораксом и склеить поломанные ребра. Хорошо хоть у него, как и у обычного ребенка, большая часть переломов — односторонние надломы.
Но все, так или иначе, заканчивается — пролетели и эти часы, слившись в один миг, оставив только такую тяжесть и усталость в плечах, будто перенесла с места на место гору. Малыш был вылизан мной и мамашей, напоен и даже попробовал поесть, после чего отвалился спать. Того же самого просто невыносимо хотелось и мне, но надо было по новой, взять камень и катить его вверх, на гору…
И ничего не поделать — все вопросы надо решать до их возникновения.
Потому опять ловлю взгляд — сейчас все уже сложнее, пробовали, когда-нибудь, переглядеть льва? У меня уже слезы потекли и это, в общем-то, была ерунда по сравнению с другими усилиями. Через десять минут я была мокрой, хоть выкручивай, и это при том, что почти все охлаждение идет через дыхание и, в обычных обстоятельствах, практически совсем не потею. Но из этой схватки я вышла победительницей — так и не отведя взгляда Рут позволила мне скользнуть глубже…
Когда я, с трясущимися от усталости коленями, подошла к ней и ухватила за шкирку, вместо удара лапой из пасти вывалился язык и даже попробовал лизнуть мою пятку — первый успех был достигнут. Но этого конечно было мало, подзываю Назария и сажаю его ей на спину, так чтобы он двумя руками оттягивал кожу на загривке назад — и это проходит без возражений. Тогда опять смотрю в зрачки, пытаясь поделиться покоем и безопасностью — пока взгляд львицы не замирает. После этого остается только разжать пасть и, используя УММ как элеватор, выдрать два давно сломанных клыка и один коренной.
Назарий с ужасом смотрит на эти манипуляции, и я поясняю:
— Плохие зубы — основная причина гибели хищников или перехода к людоедству.
После чуть освобождаю силу внушения и чищу многочисленные раны, нет боли она не чувствует — я не враг ни себе ни ей, но происходящее осознает вполне. По завершении процедур и наложению «жидкого бинта» остается только «отпустить» Рут и, подойдя к Назарию, поцеловать край его милотьи. Рут внимательно смотрит и, после того как я отошла, в свою очередь трется об Назара, чуть не свалив его на песок.
По завершению этого ритуала оставалось только ненавязчиво отправить Назария отходить от произошедшего, внутрь кельи, и показать Рут «ее место».
Захожу немного с боку холма, возле всего перекрученного, но дающего неплохую тень дерева начинаю копать, Рут некоторое время наблюдает за моими действиями, а потом присоединяется, гребя лапами с производительностью маленького экскаватора, затем за дело опять берусь я, закрепляя свод и контурируя стены и потолок. Уютненько вышло, и пол наклонен наружу — не зальет даже в самые сильные дожди. Натаскиваю в угол за поворотом сухой травы на подстилку, Рут ненавязчиво поправляет мои труды и притаскивает так и непроснувшегося малыша — с новосельем!
Вечером я сидела и, смотря на садящееся, на границе между землей и морем, солнце, думала про нашу жизнь. Тихо подошел Назарий и сев рядом начал размышлять, похоже, о том же. Когда наши мысли стали звучать на одной волне не торопясь рассказала ему на что надо обращать внимание, чтобы избежать проблем в будущем.
— Что с нами будет завтра неизвестно, так что расскажу сразу и по возможности все. Самое главное — это искренность, от животного нельзя ничего скрыть, а хищника, который весит тебя почти втрое больше, лучше не раздражать лицемерием. Тебе больно или страшно — он готов помочь или встретить опасность, ты зол или недоволен — покажи это, он поймет, тебе что-то надо — просто ясно вырази свою мысль, не задумываясь об аргументах — животные согласны принимать нас такими, какими мы есть, без оправданий «почему».
Делаю паузу, чтобы полюбоваться почти утонувшим в воде солнцем и чтобы Назарий успел обдумать сказанное, но сегодня — мы удивительно единодушны. Не спеша продолжаю:
— Правда и нам стоит их принимать и понимать также. Поэтому, всегда надо соблюдать достоинство и свое и их, не опускаясь до панибратства или пренебрежения. Никогда не пускай Рут, а тем более Малыша в дом и, особенно — на спальное место, если конечно не хочешь стать нежелательным гостем в собственном доме. Она будет приносить тебе мясо — эти подношения надо принимать, отрезая себе кусок, есть не обязательно — можно носить к себе или закапывать в песок тут же, она поймет. Никогда ее не корми — если она в состоянии встать, она должна охотиться. Принимать от нее знаки внимания — обязательно, если захочешь сам сделать приятное — помоги с клещами, это для них проблема особенно там, где сами достать не могут, за ушами в частности, потом покажу, как их маслом мазать…