Совместный отпуск как способ узнать друг друга получше
Таиланд. Сумерки.
Стоим шеренгой, в паре метров напротив вальяжно сидит мафиози на стуле в окружении своих людей. Каждому из туристов обидно за свой отпуск, особенно за вылазку в этот криминогенный район. День внезапно сменился вечером и теперь на прогулке появились настоящие короли жизни. Просьба отдать все свои деньги взамен на возможность покинуть строй особенно удручает. Все понимают, что после "пожертвования" их будут шмонать, и если что-то оставить при себе, то будут проблемы. А как не оставить, если специфика Таиланда на базе завтраков, а остальное питание за свой счёт? Мультивалютные карты не безопасны для списания даже через официальные банкоматы, так что их никто в страну не брал. На экскурсии расчитывали многие, если не все, а осторожной предусмотрительности, по которой большая часть денег остается в сейфе номера, у многих и вовсе отсутствовала.
Мой муж преступник, но в своей стране, а здесь понимает, что здесь никто и мой взгляд лишь подтверждает, что не надо испытывать судьбу. В этой звенящей тишине, где каждый думал как поступить, Андрес просит отойти в ближайшие кусты. Следом какая-то девушка набирается смелости и присоединяется к просьбе. Убежать оттуда далеко не получится: их люди есть на каждой улице с приходом сумерек. Не понимаю, как он задумал меня забрать, когда мы под прицелом стольких глаз.
Вопрос про деньги повторяется. Напряжение нарастает. Показываю жестом, что пошла его проверить и мне кивают. Я думала, что он пошел отлить, но теперь вижу с возвышенности, что он шпилит какую-то девушку из шеренги. Кричу, что за него я платить не буду. Берлин равнодушно посмотрел на меня, не меняясь в улыбке от процесса. Так, как будто для него это не в первый раз изменять мне. Сколько это длится? Все же было так хорошо, по крайней мере, я чувствовала себя окрыленной. Да и он не пытался дать понять, что что-то не так. Даже в такой напряженной ситуации он не преминул возможностью поближе познакомиться с незнакомой девушкой. В то время как лежавшие на переносном столике пистолеты были направлены на всех, кто оказался не в то время и не в том месте, включаю его жену. В какой момент всё пошло не так? Соленые ручьи предательски бегут по щекам.
Возвращаюсь в строй со слезами на глазах и достаю из сумки маленький кошелек с мелочью, где не больше двести пятидесяти тенге. Меня трясёт, и я первая из всех подхожу, и высыпаю горсть монеток в руку мафиози, пока он пристально разглядывает моё заплаканное лицо. Думаю, что делать с портмоне, где хрустящими купюрами лежат двадцать тысяч тенге. Застрявшие монетки отвлекают и я судорожно вытряхиваю зацепившиеся четвертаки. Мафиози останавливает меня рукой, что ему достаточно, я оправдываюсь, что отдам действительно всё и ускоряюсь. Он отсылает жестом руки забрать сумку и покинуть колонну. Старый дурак решил, что я испугалась и на грани истерики, поэтому в мою сторону теперь и не смотрит. Что ж, тем лучше. Я скучающе и небрежным, но быстрым жестом беру прозрачный целлофанновый пакет, где выделяется принт сиреневого портмоне, лежавший наверху сумки, приподнимаю какой-то другой пакет под ним и закидываю ценный груз подальше; беру сумку и ухожу. Никто ничего не заметил - ура, ура, ура!
От таких не уходят
Иду какими-то слабоосвещенными кварталами подальше оттуда, в непонятной от себя цели, молясь не нарваться на неприятности вновь. На какой-то из улиц вышла располагающая к себе девушка и перекидывается со мной пару слов. В одном из вопрос уточнила, не с Казахстана ли я? Я спрашиваю о наводке, и узнаю, что она сама оттуда и теперь здесь живёт. Предложила переночевать у неё.
Мы прошли в дальнюю комнату, где большое окно выходило на улицу еще хуже той, по которой я шла. Оставленная кем-то коробка щенками шоколадного лабрадора и их помесей подтверждали. У меня было не так уж и много денег, но на то, чтобы взять одного-двух щенков и забрать с собой - вполне хватало. О чём я ей и сообщила. В ответ услышала, что ей не накладно меня бесплатно покормить эти пару дней до вылета, чтобы мне не пришлось возвращаться в отель, но, здесь, за день нельзя планировать на несколько дней вперёд, особенно на ночь - каждый день всё меняется, надо хотя бы переночевать. Я легла спать, навстречу новому дню.
На следующий день мы вели беседу и она на меня рухнула, прижав к полу и задвинув в угол. На мой немой вопрос она ответила жестом молчания и показала в окно на мимо проходящего странного человека. Оказалось, что он один из тех шестёрок, что работает на ту банду. Осознание того, что меня выслеживают ради тех двадцати тысяч повергла меня в панику. Я предложила ей зашторить окна, но оказалось, что они заглядывают в окна даже когда "всё тихо", чтобы быть в курсе всего и потому здесь такое запрещено. Старая практика в этих краях.