-- Чувак ты в курсе, что твоя баба шалава? Нет ну так просто говорю. Она даже согласна на групповуху!! Аххаахааа! А еще она предл…
Я схватил его за ворот куртки и резким движением усадил обратно, одновременно разорвав ему куртку вместе с воротником рубашки под ней.
-- Она не моя! Делай с ней что хочешь!
Двери открылись, и я вышел.
Парень с круглыми глазами замер, на месте, боясь пошевелиться.Надя шла впереди меня и смеялась. Ей хотелось, чтобы я подрался за нее, наверное. Хотелось быть хоть для кого-то нужной. Глупая малолетка. Не той дорожкой она пошла. Плевать. Просто доведу ее до дома и все. Всю остальную дорогу я шел как статуя, а Надя предлагала зайти то в кусты, то в подъезд. То и вовсе подбегала и прямо на тротуаре начинала тереться ширинкой об меня, делая пошлые движения талией и бедрами. Я шел весь красный от стыда. Девочка явно не дружит с головой, а Ислан этим воспользовался и усугубил. Надо бы ему морду набить. В конце концов, мы дошли до ее дома и зашли внутрь.
-- Так стоп последний шанс! Твой последний шанс!
Она снова стала исполнять свой танец об меня, одновременно запуская ледяные руки мне под кофту.
-- Какой шанс? Ты дура совсем? Я зря встретился с тобой! Это худшее свидание. Тебе голову нужно лечить 100 %!
Надя тут же прекратила приставания.
Глупая улыбка слетела с лица. Она отвернулась и побежала вверх по лестнице. Я пошел за ней. 5 этаж. Обшарпанная дверь, крашенная под цвет линолеума из ДСП. Надя надавила на звонок.
-- Саша зайди со мной, а то меня опять побьют.
Пока я осознавал сказанное, дверь открылась.
В лицо ударил запах духоты, алкоголя и сладких духов. Дверь открыла симпатичная женщина. Блондинка, стрижка под каре. Черные обтягивающие лосины на худых ногах. Белая выцветшая кофта до колен с торчащими во все стороны нитками. Резиновые, розовые шлепки. Под кофтой явно мужская, серая футболка, через которую виднелась пышная грудь с торчащими крупными сосками. Женщина пошатывалась. Она была сильно пьяна. Да, ну и семейка. Не удивительно, что у нее такая дочь.
-- Ой мам привет, это мой парень Саша можно он ненадолго зайдет? Мама Нади оценивающе осмотрела меня с ног до головы. Затем улыбнулась когда-то белыми зубами с черными деснами и кивнула, отвернулась и прошла в одну из комнат.
Надя быстро пробежала в свою.
Я вошел в коридор, закрыл за собой дверь на ключ. Квартира напоминала общагу, по коридору медленно ползли облака сигаретного дыма. За дверями родителей послышалось, как что-то наливается в стаканы. Коридор от улицы было не отличить. Повсюду россыпи грязи и пыли вдоль стен и по углам. Желтые огрызки обоев свисают со стен. Затхлость давно не проветриваемой квартиры. Духота от батарей отопления. Не разуваясь, я прошел на кухню. Лампочка свисала прямо с потолка, покрытого никотиновыми разводами. Заляпанные брызгами жира окна и желтые занавески. Ободранный и давно не мытый линолеум на полу. Такой же грязный с разводами стол и два разваливающихся стула. Щепки торчали из обломанных углов. К раковине страшно подойти. Вонь от не мытой посуды вызывала тошноту. В двух тарелках были следы одновременно и от каши, и от супа. Жесть. Под столом валялись банки из-под рыбных консервов, бутылки из-под пива и портвейна “777”. Под подоконником перевернутая пепельница с рассыпавшимися бычками на полу. Рядом с раковиной увидел два мусорных пакета набитых доверху. У одного край порвался, и какая-то черная жирная вонючая дрянь растекалась по полу.
Я говорил ранее, что большой фанат фильмов ужасов. Теперь все они были просто сказкой. Как здесь вообще можно жить? Брезгливость окутала меня со всех сторон. Я прошел к Наде в комнату, постучался и открыл дверь. Узкая комнатенка с такими же облезлыми обоями и единственным окном без занавесок. Как палата для безнадежно больных. Надя сидела в одной белой пижаме на кровати, подобрав под себя ноги. В руках она с силой сжимала края грязной простыни, покрытой желтыми разводами. Такими же разводами покрыта подушка за ее спиной. Одеяло с темными пятнами скомканное валялось у двери. На полу стояли сапоги рядом с зелеными резиновыми тапочками. В дальнем углу я увидел гору высотой до подоконника. Все вперемежку - уличная одежда с домашним бельем. Из-под кровати выглядывали скомканные трусы, носки и лифчики. Стоял, кисловатый запах нестиранного белья, пота и чего-то еще. Такой запах я чувствовал, когда ходил в общественный туалет. Точнее в писсуары. Запах исходил от мужчин, когда они расстегивали свои ширинки. То, что Надя не следит за собой в женском плане, я уже понял, но то, что не моется вообще, у меня вызвало шок и отвращение. Банальная гигиена отсутствовала напрочь.