Вокруг все начали свистеть.
Думаю, все хотели окончания нокаутом, но я не упал. Глаза, казалось, онемели, я их не чувствовал. Будто пульсирующее желе в глазницах. Кто то взял меня за руки и повел, куда я уже не видел. Черно––красные пульсирующие круги, словно в озеро швырнули камень и волны расходятся в разные стороны –– единственное, что я видел перед собой даже с закрытыми глазами. Жутко мутило. Потом услышал рядом отца. Сели в такси и поехали в больницу. Помню, как выбежал из такси, и меня вырвало прямо на шоссе.
Приехали. Меня осмотрели и сказали приехать через неделю, так точно смогут сказать, насколько все серьезно. Дома увидел себя в зеркале правым глазом - левый заплыл, нос, как картофелина, лоб весь в гематомах. Ну вроде не так все плохо. То, что совсем плохо понял на следующий день. Ощущение воды в глазах не проходило. Да и вдали стало все расплываться, а если старался, то сильно болели глаза. Потом узнал, что зрение упало на 70%. Возможно восстановиться, но про бокс сказали забыть навсегда.
Глава 14. Новые друзья.
Тренера уволили. Отец позаботился. Ну и, собственно, все.
Дача, лето, чистый воздух и спортзал. Дни тянулись как в забытье. Через неделю отец привел на дачу женщину.
— Это Светлана, наша няня, она будет помогать по дому и с твоей сестрой.
Лет сорока пяти, снимает квартиру в Москве, Сама с Украины, работает няней. длинные крашенные рыжие волосы, полновата, не высокого роста, хитрые голубые глазки не подходили к широкой улыбке. А может мне так только казалось.
Света оказалась очень общительной женщиной абсолютно без комплексов. У нее был сын двенадцати лет и муж, с которым она вроде как жила, а вроде и нет. Я так и не понял. Могла закурить или выпить пиво с нами на прогулке. Свободно обсуждать темы секса или наркотиков. И при всем при этом она была очень набожным человеком (состояла в организации Церковь Христа). Все фильмы ужасов и книги по этой теме собрала и убрала на чердак.
Только позитив, нам его очень не хватает, говорила Светлана. Так же она приветствовала спорт и часто с сестрой заходила понаблюдать за мной.
Я же загонял себя тренировками.
От сестры остались банки с сухой молочной смесью и детское питание. Настя уже его не ела, и отец предложил мне. Эффект не заставил долго ждать. К середине августа я набрал 98 килограмм и выглядел как греческий бог Аполлон.
-- А как у нас обстоят дела с девочками?
Спросила, как––то Света.
-- Да ни как.
Ответил я.
-- Ну, тогда нам нужно это исправить.
Света решила меня знакомить с дочерями своих подруг.
Я перезнакомился с пятью и вот что могу сказать: скучные девочки, но уже корыстные, не смотря на юный возраст. Может Света, что-то наплела про меня, но тащить пытались только в центр, в Атриум, на улицы новый и старый Арбат, Европейский ТЦ.
В ВВЦ или парк им. Горького. Для меня эти места достаточно дорогие. Не в том смысле, чтобы просто погулять, а в том, если там посидеть в ресторане, кафе, не говоря о покупках. Все что я рассказывал, им казалось либо непонятным, либо не интересным, слушать же их болтовню было еще хуже.
Последней каплей стала Лера. Высокая и худая девушка. Светлые, почти белые длинные волосы, такая же бледно белая кожа. Глаза бусинки. Встретиться договорились на улице Пушкинская.
-- Я приду с подругой.
Сказала Лера.
Хорошо, не вопрос. Встретились, решили пойти в Макдональда, а там решить, что делать дальше.
-- Погоди сейчас еще Полиночка подойдет.
Пролепетала Лера.
Что девочки берут с собой не красивых подруг, чтобы на их фоне казаться лучше, я именно тогда и понял.
-- А вот и она!
Сказала с довольной улыбкой Лера.
Из выхода станции метро Пушкинская по лестнице подымалась Полиночка. Вернее Полинище. С меня ростом, девочка, явно страдающая лишним весом. Черные лосины, синего цвета под армейский камуфляж ботинки на высокой подошве. Толи платье, толи юбка кислотно-зеленого цвета. И красная кепка как у реперов, с золотыми английскими буквами.