-- У тебя свидание с моей племянницей Аней.
Это та красивая взрослая девушка, о нет, только не это, подумалось мне в ту секунду.
-- А она в курсе, что я ей позвоню?
-- Конечно в курсе! Ой, Саша, что ты паникуешь? Я уже обо всем договорилась, не переживай.
-- А что ты ей рассказала обо мне?
-- Ничего плохого, все идем, а то дети ждут.
Света буквально втолкнула меня в подъезд.
-- А что я ей скажу? О чем говорить то? Я же ее даже не знаю.
-- Ты чего как маленький?
Света серьезно посмотрела мне в глаза.
-- По ходу придумаешь что-нибудь.
-- А сколько ей лет?
-- Двадцать девять.
Вот черт, такая взрослая, я ведь мальчишка для нее. Алкоголь окончательно выветрился из головы. Разные мысли полезли в голову: что это не мой уровень и что Аня для меня слишком хороша. Я даже представить себе не мог, что буду с ней гулять или даже идти рядом. Разные фантазии так же полезли мне в голову, и отогнать их было не просто.
-- Она любит “рафаэлло” и крепкий черный кофе, завтра купишь перед встречей. Все, хорош паниковать.
Света открыла двери и вошла в комнату.
Весь последующий вечер и следующий день пролетели как в забытье. Я решил провести его, большей частью на спортивной площадке во внутреннем дворе. Старался внушить себе, что я не плох собой, спортсмен и все такое. Но в голове все равно крутилась дурацкая мысль, что все пойдет прахом. Я скажу какую-нибудь глупость, или не смогу поддержать разговор, или просто буду молчать, и хлопать глазами, и ей станет скучно. В итоге она улыбнется, посмотрит на меня как на ребенка и скажет, что ей позвонила мама и нужно скорей домой, а провожать ее не нужно. Чем ее заинтересовать. Что сказать? Что делать?
-- Ты звонить то собираешься? Уже без пяти.
-- Да собираюсь.
Света выжидающе смотрела на меня.
Я вышел на балкон и закрыл за собой дверь. Взял телефон и вытащил клочок с номером, сердце бешено заколотилось, а вдруг я крякну в телефон или начну лепетать как младенец в трубку. Боже, какой же дурак, что об этом думаю, нужно просто взять и позвонить. Позвонить и все.
-- Пять вечера ровно!
Света открыла и захлопнула дверь.
Я набрал в грудь воздуха, облизал губы, собрался с духом и набрал номер. Ноги стали ватными, а во рту пересохло. Пальцы на руках онемели.
Пошли длинные гудки.
-- Алло? Алло?
Мягкий женский голос послышался в трубке.
-- Ээ, хм, привет Аня!
-- Саша?
-- Да, эээ, встретимся сегодня?
-- Да! Я у площади напротив парка буду через двадцать минут.
-- Ээ хорошо, я подойду.
-- Ну, хорошо, до встречи!
-- До встречи.
Блин так глупо надо было еще, что-то сказать, а я мямлю!
Уже пора выходить, пора брать себя в руки.
Из подъезда вышел с чувством подпрыгнуть от любого толчка. Быстро дошел до площади (спасибо Свете, она сказала куда идти) купил готовый кофе в банке и раффаэлло в магазине по дороге. Голова опустела, и я решил, что буду действовать по ситуации.
Над парком, в центре города стояли четыре девятнадцатиэтажки, от них шла дорожка, по которой я заметил девушку, идущую глядя в телефон.
Это она - светлое платье с открытыми плечами и доходящее чуть выше колен, белые балетки, такая простая и такая светлая. Золотистые волосы, чуть ниже плеч, были просто убраны за уши. Не большая упругая грудь, плоский живот.
Аня, подняла взгляд голубых глаз, увидев меня, пошла навстречу.
-- Привет!
-- Привет!
Я протянул кофе и конфеты, которые были деликатно убраны в бежевую сумочку.
-- Спасибо.
Я не мог выдавить из себя ни слова из-за волнения и даже забыл, как ее зовут.
-- Так ты из Москвы? И как там сейчас?
Честно скажу, она избавила меня от глупого молчания, и я рассказал, что там вечный ритм, бесконечная беготня за выживание.
-- А кем родители работают?
Вкратце описал ситуацию – рассказал о маме, об отце, рассказал правду об институте – что его бросил, чтобы помогать отцу.
Мы шли вдоль набережной и просто говорили, мне было приятно, что меня слушают, и что я могу, говорить правду, не боясь осуждения или сарказма, насмешки. Аня казалась такой простой такой легкой, нравилось, что на ней не было тонн штукатурки, как обычно любят девчонки. Лишь веки слегка были подкрашены розовыми тенями.
В какой-то момент Аня спустилась к набережной, сняла балетки и стала проходиться вдоль берега. Я присел на стоящие вдоль пляжной гряды белые шезлонги.
-- Сашка, а что ты любишь? Скажи первое, что придет в голову!
Внезапно спросила Аня.
-- Запах и хруст свежего хлеба, вкус росы раним утром вдали от города, тепло семьи на кухне.
-- Мне нравятся твои слова.