Позже мы еще встретили земляка в ювелирном магазине. Изрядно выпивший мужчина на русском матерился и выпендривался перед продавцом.
– Что вы тут за … продаете? А?! Я тебя спрашиваю! Скотина ты черномазая!
Продавец, я думаю, понимал все, но терпел. Гость все-таки, да и туризм доход государству приносит, обижать нельзя.Еще помню, как через пару дней приехали наши программисты, разработчики из “эпла”. Эти свиньи, человек двадцать, в ночь надрались прямо в бассейне. Орали, на весь отель, поразбивали стеклянную посуду. На следующий день центральный бассейн закрыли на сутки. Некоторые даже занимались прямо там любовью. Нет не любовью, спаривались как животные, как скоты.
Но я отвлекся.
Спустившись к пляжу, мы услышали уже другие звуки. Томные вздохи и придыхания смешивались со шлепками и скрипом лежака. Шум исходил от одного из шезлонгов, накрытых плотной темной тканью (днем некоторые лежаки со всех сторон закрывали стойками со шторами, для защиты от солнца, выходило, что–то вроде балдахина, как в восточных фильмах про средние века и знатных особ). Наши шаги спугнули любовничков, из-за штор выпрыгнула парочка – накачанный мулат, ночной бармен, работающий в нашем отеле, как раз у пляжного бара, и та самая мать героиня двоих девчушек, второпях натягивая черный парео на голое тело. Жесть одним словом! Позже видели эту пару снова вместе –– прохаживались в обнимку как ни в чем не бывало…
-- Аня завтра с утра заедем сюда и купим билеты на экскурсию в Гизу.
-- А почему не в турагентстве при отеле?
-- Папа говорил, что в городе дешевле, а в остальном все одинаковое.
-- Поменьше говори о папе.
-- В смысле?
-- Ты часто говоришь, папа сделает, папа решит. Я хочу видеть в тебе мужчину, а не папиного сына.
-- Я понял, я так и делаю.
— Вот и молодец.
Мы рассчитались и направились к остановке в обратную дорогу. Странно, неужели я так часто говорю об отце, ну наверно, раз заметила, и что значит, я хочу видеть? До сих пор, не видит, что ли? Нужно, скорее, в гостиницу и я ей покажу, что я мужчина.
Глава 21.3.
Сели в микроавтобус.
Аня, не отрываясь, разглядывала все вокруг, а я не сводил с нее глаз и думал, как предложить лечь в одну постель. Или сдвинуть обе кровати или пойти вместе в душ или зайти к ней, когда она пойдет в душ, черт, тысяча глупых вариантов и не одного толкового. Что делать? Короче, как пойдет. Приехали, зашли в отель, в номер, я не спускал с нее жадного взгляда ни на секунду. Она должна понять, почувствовать, должна же. Аня положила сумку на кровать и пошла в душ. Остался один в комнате. Я купил билеты, я ее пригласил, я ведь имею право! Боже, что я несу. Она не собственность, она должна сама захотеть. Дверь в туалетную комнату не заперта, вода шумит. Заходи! Черт! Блин! Что же делать? Зайти или подождать, или раздеться и заходить на пролом. Душ выключился. Я быстро снял вьетнамки и сел на кровать. Дурак, что за неуверенность. Аня вышла в махровом халате с полотенцем на голове, подошла к зеркалу и начала сушить голову, увидела мое отражение в зеркале.
-- Все хорошо? У тебя испуганный вид.
-- Да все хорошо. Я хотел спросить?
-- Что спросить?
-- Мне сдвинуть кровати?
Блин, почему я у нее спрашиваю разрешения? Нужно было, молча сдвинуть и все.
-- Зачем?
Аня, не отрываясь от сушки волос, вопросительно смотрела на меня через отражение.
-- Ну, мы же вместе, в смысле в одном номере и будем спать в разных кроватях?
Аня повернулась ко мне и посмотрела в глаза.
-- Саш, я тебе говорила, что недавно рассталась с человеком. Я еще только отхожу от отношений. И мне очень сложно и тяжело, не торопи меня, пожалуйста. Мне все нравится, и ты тоже нравишься, но я не могу так сразу все забыть. Я долго отхожу от отношений. Ты меня понимаешь?
-- Да я понимаю.
Промямлил я.
На самом деле ни хрена я не понимал. Да и плевать мне было на ее бывшие отношения, на ее бывшего. На языке крутился вопрос: если не отошла, зачем тогда поехала со мной? Ведь вся поездка теряла смысл. Или я совсем не понимаю женщин. Еще не отошла, что это значит? Пока еще любит бывшего, но уже решилась слетать с другим молодым человеком, так что ли? Или я ей помогаю отойти от этих отношений? Или я просто дурак, которого используют, чтобы заглушить боль. Ну ладно, потерпим.