Все чаще вижу – если произошло что-то плохое, не важно, преступление или убийство – не придали общественности, значит или замяли, или дело закрыто. Это понятно - населению лучше думать, что все хорошо. Ни к чему дурные вести, а то, митинги, письма, недовольство налогоплательщиков. У нас все хорошо – звучит лучше. В памяти всплыло еще одно воспоминание.
Дело было в 2006 году. Двадцать седьмое Января, матушка в больнице. К нам домой приехали мамины родственники, поддержать отца, ну и помочь по хозяйству.
Я же, после занятий в университете, поехал с одноклассниками к другу на Ленинский проспект, обсудить завтрашнюю подготовку к экзамену. Купили новой водки “Журавли” - три бутылки на троих. В одиннадцать мне позвонил отец.
-- Саша, а можно узнать, где ты сейчас?
-- У Вадима, на метро Ленинский проспект, что-то случилось?
-- Ты видел, сколько уже времени? Давай домой езжай.
-- Папа, я могу у Вадима остаться сегодня?
-- Нет, не можешь.
-- Почему?
-- Саша я тебе уже сказал! Езжай домой, я тебя прошу!
-- Я тебя понял.
-- Через сколько ты будешь?
-- Не знаю, может часа через два.
-- Постарайся по быстрее.
-- А что за срочность пап?
-- Мама в больнице, у нас дома ее родители, как ты думаешь? Сейчас не время отдыхать.
-- Хорошо, выхожу.
-- Только, прямо сейчас одевайся и выходи.
-- Хорошо.
Конечно, я хотел остаться, можно было бы еще купить выпивку, но по напряжению в голосе отца, понял, это не получиться.
Ребята решили меня провести до метро. Ветер поднялся сильный, снег крупными хлопьями швыряло в лицо и залепляло очки. У метро мы немного протрезвели от холода и заскочили в магазинчик – взять еще пива в дорожку.
-- Саня, а что за срочность то? Куда ты такой поедешь? Ты же в говно!
-- Отец попросил!
-- Блин, ну сказал бы, что ты выпил! Что останешься у меня!
-- Забей!
-- Он же все равно поймет, что ты выпил!
-- Давайте парни! До завтра! Я побежал!
Допил пиво залпом, пожал ребятам руки, и побежал в метро. В вагоне меня развезло. Пересев на свою “синюю” ветку, достал “айпад” на тридцать гигабайт (подаренный на день рождение родителями), вставил наушники в уши и задремал.
Внезапно, сквозь наушники, услышал шум. Открыл глаза и увидел справа от себя двух девочек, сидящих напротив. Распущенные светлые волосы, белые пуховики, черные колготки, белые полусапожки на высоком каблуке – симпатичные дамы, как близняшки и одеты одинаково. Над ними стоял парень старше меня лет на пять. Он что-то кричал. Я снял наушники и убрал “айпад” в карман. Парень что-то грубо, с матами объяснял им. Девушки явно испугались. Парень несколько раз отвесил пощечину одной из девчонок. А когда вторая что-то попыталась объяснить парню, ударил и ее по лицу.
Алкоголь сделал свое дело, и я почувствовал себя суперменом. Молодой человек не выглядел качком, просто был взрослее. Синяя спортивная куртка с капюшоном, джинсы, кроссовки зеленого цвета. Я поднялся и подошел к нему.
-- Не надо так делать.
Парень резко выпрямился и посмотрел на меня, потом понял, что я пьян и ответил:
-- Слышь, чмо бухое, свали отсюда!
Не раздумывая, улыбнулся и ударил парня в подбородок. Тот, словно в воде, медленно отпустил поручень и съехал на задницу, а я схватил его за ворот и занес кулак.
-- Теперь будешь знать, как девочек обижать су…
Внезапного удара сумкой, я не ожидал. Тем более от той, за кого я заступился. Очки слетели, в глазах все расплылось, я еле удержался на ногах.
Женские сумки, порой, несут удивительные сюрпризы внутри.
-- Не трогай моего брата урод!
А зетем трое парней, которых я не заметил, быстро поднялись с сидений и побежали в мою сторону.
Один удар в челюсть, второй куда-то в грудь, в голову - ударов семь или восемь. Держась за поручень, я болтался как тряпичная кукла, перестал что-то соображать и ориентироваться в пространстве. Кто-то ударил по ногам, и я упал. Несколько ударов под дых, затем несколько рук схватили меня за куртку и вышвырнули из вагона.
Боль я не чувствовал, а вот резкий холод ощутил в полной мере. На Измайловской “вышел”. Ветер со снегом хлестал по лицу. Я приподнялся на руках, ладони больно обожгло об покрытый ледяной крошкой, асфальтированный перрон. Герой хренов. Заступился блин за этих дурех. Увесистый удар палки прошелся по спине.
-- Ах ты наркоман! Я тебя научу жить паскуда такая!
Я повернул голову и увидел милиционера с дубинкой в руках.
-- Меня ограбили! За что ты меня бьешь? Я домой ехал со дня рождения друга и на меня напали в метро! Ты видишь мое лицо?
Милиционер посмотрел на меня, промямлил что-то вроде ‘пить меньше надо’, развернулся и зашагал дальше по платформе как ни в чем не бывало. Шум подъезжающего поезда раздался у меня за спиной. Люди проходили мимо меня. Кто-то даже задел меня ногой по голове. С огромным трудом, поскальзываясь и снова падая, наконец поднялся на ноги, дождался следующего поезда, доехал до Первомайской. Вышел на улицу. Надо закурить. Засунул руку в карман и тут же отдернул ее. Порезался. Карман набит осколками стекла. Остановился у выхода из метро, вытряхнул карман. На асфальт выпал разбитый в дребезги “айпад”. Отец меня убьет. Вот черт, как я зайду домой? Там же мамины родители.