— Поговорим в машине, — он взял меня за руку и повел в противоположную сторону от здания вокзала.
— В машине?!
— А вы намерены путешествовать в поезде, когда, я уверен, водитель и гид уже передали по всем постам о нашем намерении воспользоваться услугами железной дороги?
— Вы просто маньяк. На дороге тоже есть полицейские!
— А смена имиджа? — он ухмыльнулся. — Вам-то не привыкать.
— А смена документов?
— Я думаю, до этого не дойдет.
Я глубоко вдохнула и, закрыв глаза, произнесла то, что давно собиралась произнести:
— Наблюдая за вами, Николай Павлович, я начинаю подозревать, что вы такой же следователь МВД, как я — китайская императрица.
— Хм… — он сдвинул брови, но взгляда от дороги не оторвал.
Наш серебристый «Renault-megan» летел по магистрали на юг со скоростью не меньше 120 км/ч и не сбавил обороты, когда прозвучал мой сакраментальный вопрос.
— Следователи МВД так себя не ведут.
— В самом деле? — его узкие губы растянулись в ниточку надменной улыбки. — Вам часто приходилось наблюдать за действиями следователей МВД?
— Не часто, — признала я, — но в логику поведения офицера ваши действия не укладываются.
— В общем-то, я с вами согласен, — кивнул он и, неожиданно резко съехав на обочину, затормозил.
Я чуть было лоб не расшибла о приборную доску.
— Я думал, вы раньше догадаетесь.
— Отлично, вы не из МВД, — мой голос совсем некстати дрогнул. Знаете, в подобные моменты хочется хотя бы походить на железную леди. Ну, видели Никиту? Вот на нее хотя бы. — Тогда откуда вы? Моссад, ЦРУ, Интерпол — принимаем ставки по любым тарифам.
— На вашем месте я бы возблагодарил небеса. Я не отношусь к перечисленным организациям, равно как и к не перечисленным из этой сферы, — он улыбнулся. — Я такой же успешный авантюрист, как и вы.
Я впервые заинтересованно посмотрела на него. Видите ли, воспитание обязывает нас — русских — не особенно рассматривать лица представителей закона. На генном уровне в нас заложено, что подобное любопытство весьма опасно, если не для жизни, то для биографии — это уж точно. Но теперь наследственное табу было снято, а потому я внимательно рассмотрела его небольшие, горящие зеленым огнем хищнического азарта глазки, его обвислые, как у бульдога, щеки, его трехдневную седоватую щетину, нос, носивший следы давнего перелома, видимо, от меткого кулака. Может быть, в молодости он был даже привлекательным. Сейчас Свиридов показался мне омерзительным, потому что являлся прямым воплощением моего типа мужчины — одного из тех, кто кладет на меня глаз на вечеринке, в то время как моя подруга во всю воркует с каким-нибудь молодым симпатягой. Не могу понять этого фатального невезения. Иногда я думаю: почему? Почему из всех присутствующих женщин толстопузые женатики выбирают именно меня? Что, у меня на лбу написано — «Модель для толстопузых женатиков»? В общем, сейчас, оказавшись наедине со Свиридовым в замкнутом пространстве машины, я ощутила знакомое омерзение. Я почти знала, что через пару минут его глазки станут маслеными и он положит свою ладонь мне на колено. Я инстинктивно съежилась.
— В чем проявляется ваша успешность как авантюриста? — кисло улыбнулась я.
— Разве не доказательство тому, что мы сидим в одной машине?
— Но как вы проникли на Петровку, да еще умудрились провести меня?!
Он надменно хмыкнул:
— Стандартный трюк, девочка. Следствие по вашему делу ведет капитан Свиридов Николай Павлович. Узнать это — пара пустяков, если охотишься за информацией. Потом все становится до смешного просто. Я напросился к нему на встречу, таким образом получил пропуск в здание. Прямо из проходной позвонил в отдел пропусков, представился оным Свиридовым и заказал пропуск на вас. Потом встретился со Свиридовым, нагородил ему всякой чуши, вышел и встал на вахту у кабинета под номером тридцать четыре, к которому настоящий Свиридов никакого отношения не имел. Когда я увидел вас в конце коридора, я постучался, вошел в кабинет и долгих две минуты объяснял местному хозяину, что попал не туда, куда нужно. А когда вышел, налетел прямо на вас. Вот и все.
— Но вы сами отметили мне пропуск на выход! И поставили печать!
Он легкомысленно отмахнулся:
— У каждого нормального афериста в кармане не менее пяти печатей. В том числе и бюро пропусков Белого дома. С МВД в этом вопросе лучше не рисковать на входе. Но на выходе можно. А подпись Свиридова я скопировал со своего пропуска. Так-то.
— С ума можно сойти! Но на кой черт вам понадобилось городить всю эту ерунду?