Все произошло в краткий миг и на уровне подсознания. Каким-то шестым чувством я вдруг ощутила его замешательство. А может быть, мимолетная неуверенность скользнула в его взгляде, но этого мне было достаточно для решающего рывка. Я с такой силой толкнула его от себя, что он потерял равновесие и упал в сторону. Бешеные рывки поезда довершили дело, он откатился на добрый метр. Я вскочила на карачки и направила свое тело подальше от него. Следующий толчок сбил меня с ног. Поезду было все равно, на чей стороне правда в нашей борьбе. Небо улетело в сторону, усталое солнце упало за противоположный край вагона. Легкий ветер поднял меня и понес к обрыву. Наверное, я закричала. В этот момент мою руку вывернуло и растянуло. Я пришла в себя от дикой боли. Открыла глаза. Умберто раскачивался, едва держась на ногах. Его пальцы впились в мое запястье. Ноги мои болтались в пустоте.
— Код! — прохрипел он. — Код!
Я не сразу поняла, что он имеет в виду.
— Код, мать твою! Скажи код, и я тебе помогу.
Гравий насыпи подо мной превратился в пеструю ленту.
Второй рукой я бесполезно цеплялась за выступ крыши вагона. Я знала, что, если он меня отпустит, я не удержусь. Он был монолитом. Его лишь слегка покачивало, и моя жизнь сейчас целиком зависела от его доброй воли.
— Цифры, — требовал он. — Скажи!
Передние вагоны поезда загрохотали по железному мосту.
— Ну же! — крикнул Умберто.
Моя правая нога коснулась скобы. У меня почти не было шансов. Но сотая часть надежды — это все-таки лучше, чем ничего.
— Код! Код доступа к системе, говори! — загремел он и принялся опускаться на колени, дабы обрести большую устойчивость. Еще секунда, и он станет неуязвим. Я с силой дернула руку на себя.
— Код? — изумленно заорал он и рухнул. Его пальцы разжались, наверное, от неожиданности.
Наш вагон громыхал по мосту.
Я вжалась в дерево, изо всех сил пытаясь превратиться в одно целое с обшивкой вагона. Моя правая нога, единственная часть моего тела, имеющая хоть какую-то опору, ныла от натуги. Тело Умберто пронеслось мимо меня, ударилось о толстую стальную перекладину стального моста и рухнуло в пропасть. Его крик замер вместе с этим страшным ударом. Поезд, словно по волшебству, начал замедлять ход. Непонятно, каким чудом я все еще держалась, когда колеса вагонов перестали вращаться. И только тогда я отвалилась от обшивки, словно засохший нарост от болячки. Падая, я подумала, что разобьюсь насмерть. Однако удар не был сокрушительным. Фортуна по странной своей прихоти вдруг отнеслась ко мне милостиво.
Я смогла сгруппироваться и приземлилась на обе ноги почти без ущерба для себя. Может быть, я рассадила локоть и колено, но подсчитывать раны у меня не было времени. Помощник машиниста уже вылезал из локомотива, дабы осмотреть состав, с которого только что слетел человек. Я не желала, чтобы он меня заметил, а потому сделала то, что пришло в голову в этот момент, — забравшись под колеса, поползла назад.
Спустя полчаса, сидя в кустах рядом с мостом, я все еще удивлялась своей живучести. Возможно, Умберто был прав и у меня действительно девять жизней, как у кошки. Если рассудить, всегда так случается — одним не везет, а с других — как с гуся вода. И для Умберто, по все видимости, настали черные времена, потому что помощник машиниста весьма кратко констатировал его смерть, крикнув своему боссу: «Все!» Зубы мои все еще стучали. Тело болело, но я радовалась, что все еще дышу. Я не знала, зачем судьба подарила мне еще один шанс. Как я могу его использовать? Вы думаете, это неадекватные мысли для девушки, только что чудом избежавшей падения с движущегося поезда? Я вам отвечу: «Наверное». Но в те минуты я думала именно об этом.
На следующее утро я зашла в тихое Интернет-кафе на небольшой улочке города Терни в слишком ранний час для посетителей. Молодой менеджер, по всей видимости, подрабатывавший тут студент, глянул на меня поверх увлекательного романа в пестрой глянцевой обложке и погрузился в чтение сразу после того, как я купила у него карточку. Я опустилась за компьютер и вошла в сеть. Потратив сорок минут на открытие пяти счетов в разных банках, я вставила дискету. Код я помнила наизусть. Спустя минуту перед моими глазами появились строгие линии цифр, потом выскочила плашка с предложением указать счета, на которые я хочу перевести деньги. Я действовала четко по инструкции давно канувшего в небытие программиста, которого никогда не имела счастья знать. Последняя плашка предлагала нажать кнопку «Ввод», дабы привести финансовый механизм в действие. Я помедлила. Перекачать деньги — это был единственный шанс на мое спасение от храмовников, которые ищут меня по всей стране.