— Никого я не пристрелил! Я даже не целился!
Я махнула рукой:
— Это уже не важно. Нас точно засадят — и надолго.
Он усмехнулся и, обняв меня, прижал к себе:
— Посмотри на это с другой стороны. Ведь в нашем случае тюрьма не самое худшее место укрытия. В конце концов, куда безопаснее многих других.
— Нет уж, увольте! — я попыталась высвободиться, но боль в боку тут же заставила сдаться.
— Милая, — он поцеловал меня в шею, — признай тот факт, что от полиции нам вряд ли удастся скрыться. Наверняка те, что на катере, уже вызвали подкрепление на суше, и сейчас сюда несутся десятки полицейских машин. Нужно просто смириться.
Вдали действительно показалась машина. Я вздохнула и расслабилась, повиснув у Ильи на плече.
«Может быть, он и прав, — подумала я. — И нам в самом деле следует пообщаться с полицией. Не вечно же бегать от «коричневых пиджаков». Да сразу нужно было бежать в полицию, а не сигать в чужую гондолу!»
Дальняя машина превратилась в синий «Фольксваген». Поравнявшись с нами, автомобиль затормозил. Мы удивленно уставились на него. Боковое стекло медленно поползло вниз.
— Ну что, так и будете пялиться или все-таки поедем? — хмуро поинтересовался следователь Свиридов.
Пришли в себя мы только в кафе в небольшом городке Местр. К тому моменту, как мы очутились за столиком, мы уже успели сменить синий «Фольксваген» на «Рено» неброского стального цвета, а нам с Ильей пришлось полностью обновить гардероб. Теперь мы напоминали респектабельное трио — не то молодая пара в обществе дяди невесты, не то компаньоны, не то еще бог весть кто. И все-таки водные гонки с препятствием давали о себе знать: несмотря на то что Илья мастерски зафиксировал мне ребро, безбожно стянув мою талию куском простыни, я дышала с трудом, меня бросало то в жар, то в холод, перед глазами плавали серые круги, а голова раскалывалась. Щеки моего кавалера тоже цвели нездоровым румянцем. Свиридов же, единственный из нашей компании, выглядел вполне здоровым и довольным жизнью.
— Вам нужно поесть, — он глянул на меня с отеческой заботой. — Давайте я закажу вам что-нибудь легкое, но сытное.
— Я сам ей все закажу! — Илья вырвал у него из рук меню, сверкнув глазами так, что я поняла — еще минута, и он вызовет соперника на дуэль. Ну или просто даст по морде. И, судя по тому, как он раздувал ноздри, скорее все-таки второе.
— Пожалуйста, — не стал спорить следователь.
— Итак, — зловеще процедил Илья, когда официант удалился от нашего столика на безопасное расстояние. — Что все это значит?
— Послушайте, чем вы недовольны? — тихо возмутился Николай Павлович. — Разве не я вас спас от полиции?
— В том-то и дело, что вы!
— Не понимаю…
— И я не понимаю. Как вы нас нашли?!
— Ох, — он кротко улыбнулся, — мне давно нужно было вам рассказать. Но вы должны меня понять, я сохранял секретность своей операции в интересах следствия. Однако следствию это совсем не помогло.
Я затаила дыхание, понимая, что сейчас грянет буря.
— Я следователь МВД Николай Павлович Свиридов.
Повисла тяжелая пауза. Я съежилась, изо всех сил напуская на себя вид больной и слабой женщины. Я надеялась, что мой галантный спутник не посмеет распекать даму в таком состоянии.
— Ага, — не то икнул, не то всхлипнул Илья и медленно повернул голову ко мне: — А ты что скажешь?
— Ну… я… хм… О! — А вы бы что ответили?
— И это все? — он недобро усмехнулся.
Я тупо уставилась на клетчатую салфетку.
— Давайте я все объясню, — пришел на помощь ангел-следователь.
— Ну давайте, — Илья заметно сник. — Раз уж никто больше не может. Я все-таки надеюсь, что потом мы дождемся более внятных речей и от второй участницы заговора.
— Да не было никакого заговора! — вскричал Николай Павлович. — О чем вы?! Я попросил Амалию никому не говорить об истинном назначении моей поездки. Я ведь приставлен к ней как охранник. Я охраняю ценного свидетеля.
— Тебе повезло, — злорадно процедил мой кавалер.
— Не уверен, — самокритично отрезал следователь. — Амалия сейчас вовсе не похожа на счастливую обладательницу лотерейного билета. И уж тем более не похожа на девушку, находящуюся под охраной работника Петровки.
— Амалия, тебе не повезло, — излишне поспешно согласился с ним Илья и, повернувшись к Свиридову, улыбнулся. — Простите, но, как всякий нормальный человек, я не люблю следователей.
— Принимается, — миролюбиво ответил тот. — Но от нас никуда не деться.
— Это верно.