– Вот черт, как же ты сводишь меня с ума… – невпопад прорычал мне в губы Джон и накинулся на мой рот.
Не знаю, сколько творилось это сумасшествие под названием поцелуй, но точно знаю, что мой мозг перестал работать на это время.
Безумный, страстный, дикий поцелуй сводил меня с ума. Выбивал почву из-под ног. Только руки, которые не знали границ. Губы, утверждавшие свое законное право. Когда в дело вступил язык, я совсем потерялась от непередаваемого трепета внизу живота.
Пришла в себя в тот момент, когда сидела на своем мужчине. А мои ноги обвивали его талию. Хорошо, хоть одежда на мне!
– Эй, сумасшедшие! Вы хоть бы людей постеснялись, – с ухмылкой застыдил нас леопард, проходя мимо нас по лестнице.
Тигр зарычал, а мне стало не по себе. Да что же это такое? Никогда не была такой распущенной, а теперь…
– Что ты со мной творишь, девочка?! – прошептал мне на ухо тигр, все так же придерживая меня своим телом. – Если бы мой тигр не услышал приближающиеся шаги, я бы взял тебя прямо здесь. Ты сводишь меня с ума. Я безумно хочу тебя!
– Это только похоть... И она неправильна. Мне стыдно…
Джон закрыл мне рот мгновенным поцелуем и отстранился.
– Никогда, слышишь, никогда не стыдись нашей страсти! Я готов рычать от восторга, что моя пара такая страстная женщина!
– Мне непривычно, ведь я была замужем за снобом, который презирал…
Мужчина зло зарычал и сильнее вдавил меня в стену.
– Никогда не говори о нем. Я не хочу слышать об этом ничтожестве. Главное, что ты со мной. И я никогда тебя не отпущу. Буду твоей тенью. Ты моя женщина. Моя жизнь. Все для меня. И я никогда тебя не обижу. Ни тебя, ни нашего ребенка, ни твою сестру. Я клянусь, ты больше не узнаешь, что такое шантаж и насилие!
– Какие слова, тигр…
– Это клятва. А ты знаешь, что мы держим свои клятвы.
– Знаю…
Джон опустил меня на пол, а потом, не дав и шага ступить, подхватил на руки. Затем стал быстро спускаться по лестнице.
На втором этаже он неожиданно остановился, отпустил меня и подошел к черному рюкзаку, который лежал в сторонке. Достал оттуда джинсы и футболку, быстро оделся.
Через пять минут мы вышли на улицу. Джон с рюкзаком на одном плече продолжал нести меня, а я смотрела по сторонам. Мы двигались в сторону площадки, где находились вертолеты.
ГЛАВА 18
Когда мы подошли к транспорту, любимый поставил меня на ноги и с ухмылкой спросил:
– Ну что, Милана, летим домой?
Я улыбнулась ему и вдохнула полной грудью огромный глоток свободы. Боже, как это замечательно! Как это восхитительно, когда твои мечты сбываются! Эйфория разливалась по венам, вызывая в душе неподдельную радость.
Раздвижная дверь вертолета открылась, и по откидному трапу ко мне понеслась маленькая пантера, а за ней Юливия. Увидев меня, девушка улыбнулась и пошла назад в вертолет.
Венера бросилась ко мне, прижимаясь, как маленький котенок. Я гладила ее по голове и спине, от чего она жмурилась и закрывала глаза.
Джон сел на корточки рядом со мной и загадочно смотрел на меня. Я не обращала на него внимания, тиская свою сестренку. Он еще посидел немного и с сожалением произнес:
– Милана, пошли в вертолет. Венера с нами полетит. Нам опасно здесь находиться, и Детон уже установил взрыватели. Через пятнадцать минут будет взрыв. Нам нужно подняться в воздух.
– Ой, конечно, полетели, – согласилась я, а потом встала и пошла за ним к боевому вертолету.
Мой мужчина шел впереди, а мы за ним. Джон помог нам взобраться по трапу и усадил на откидное сидение левого борта, после чего сел рядом. Пантера легла у меня в ногах, прижимая ушки, вжимаясь своим телом в мое. Я шептала ей ласковые слова, чтобы она не боялась, когда мы стали взлетать.
Мы были на приличном расстоянии, когда наш вертолет встряхнуло сильной ударной волной, которая шла от центральной лаборатории силовиков. Никакой реакции от оборотней не последовало. Ни восторга, ни сожаления. Странные они…
Венера очень быстро уснула. Бедная малышка! Измучили маленькую девочку эти изверги. Я очень надеялась, что она перекинется в человека.
– Не переживай… – произнес Джон, заметив мои душевные метания. – У нас есть хорошая исследовательская лаборатория в диагностическом медицинском центре, где самое новое оборудование. Правда, у нас ученых и сотрудников очень мало, но все же…
– Это замечательно! Я помогу Венере… возьму образцы и посмотрю, в чем проблема. Надеюсь, она не примет меня в штыки... когда я буду брать у нее анализы.
– Думаю, что нет. Скорее всего, она поможет тебе в этом.
– Хорошо бы… – и, немного подумав, я произнесла: – Скажи, а можно мне будет работать в вашем диагностическом центре? И Юливия тоже может там работать. Только нужно спросить у нее…
– Если захочешь, то пожалуйста. Но вначале нужно разобраться с Витарой, ведь она тоже работает в нашем центре. Но ты не беспокойся, она тебя не будет беспокоить. Ей будет точно не до этого, когда мы начнем проводить проверку. Только в первую очередь нужно будет опросить всех заключенных оборотней. Ведь они попали в этот силовой центр с подачи сильного оборотня в нашем окружении, который точно является альфой.
– Да уж… Мне немного не по себе от предстоящей встречи с твоей семьей и стаей…
– Прайдом. Мы называем свои семейные группы прайдами. Это больше подходит для хищных кошек. И не переживай: что бы ни случилось, ты под моей защитой. А неприятности обязательно случатся, пока мы будем вычислять змею. Ты и твоя сестра будете под охраной и моим постоянным присмотром. Я не дам вас в обиду!
– Я тоже себя не дам в обиду! – отметила я.
Мужчина засмеялся, обхватил своими ручищами мое лицо и поцеловал. Когда поцелуй закончился, я дрожала всем телом от возрастающего возбуждения. Джон смотрел на меня диким взглядом, который кричал о его безумном желании.
Он прочистил горло и охрипшим голосом выдавил:
– Отдыхай, малышка! А когда будем дома... мы поговорим…
О-о-о… я чувствовала, как мы дома «поговорим». Его горячее желание, которое витало по вертолету, просто кричало о чувственной, безудержной, темной страсти, которая много чего кому-то обещала. То есть мне. А глаза мужчины пылали огнем горячей неудовлетворенности.
Да-а-а… кажется, темпераментный мне достался тигрик!
Я посмотрела по сторонам в ожидании, что все уставились на нас и смеются, но нет, все были заняты своими делами. Кто спал, кто просто разговаривал с кем-то.
– Неужели ты думаешь, что кто-то смело станет подглядывать за своим будущим альфой? – тихо прошептал мне мужчина с ухмылкой на лице.
– Ну не знаю, а почему нет?
– Потому что это неуважение ко мне. И если они его проявят, то я брошу им вызов. И разорву их…
– Какой ты добрый! – я оскалилась.
– Нет, я не добрый. Мы живем по нашим законам. Может, они и суровые, но среди свирепых хищников иного быть не может.
– Понятно. Да уж… из огня да в полымя… – беззлобно проворчала я.
Джон громко зарычал.
Он резко поднял вверх мой подбородок, и я уставилась на очень разъяренного тигра.
– Нет, не в полымя! У хищников суровые законы, но к своим парам мы относимся очень трепетно и заботимся о них. А если это истинная пара, то каждый оборотень, кому так посчастливится, разорвет любого, кто посмеет обидеть его суженую. Вы – наша слабость. Я готов на все, чтобы ты была только со мной. И не позволю уйти или забыть обо мне. Я не смогу жить без тебя. В конечном итоге мой зверь сойдет с ума без тебя. Еще раз повторю: ты для меня все! Я дам тебе все, что ты захочешь. Моя женщина достойна этого! Если бы ты родилась и воспитывалась на диких территориях, ты бы поняла нашу жизнь и законы. Мы не бездушные монстры, мы ОБОРОТНИ-ХИЩНИКИ. На нас охотятся все касты, безжалостно убивая. И им без разницы, кто перед ними: дети, женщины или сильные мужчины. Они издеваются над нами, исследуют и убивают. А чем мы заслужили такое отношение? Чем? Тем, что после пробных экспериментов, проводимых над детьми, получились сильные оборотни?! А что они хотели получить? Ведь других вариантов и не должно было получиться. Ведь правда?