Ширан полностью поддерживал брата и часто заходил к нам в гости на ужин, чтобы поговорить с Джоном. Они могли почти всю ночь разговаривать, что-то обсуждая в кабинете.
Светловолосый мужчина всегда был вежлив и почтителен. За столом с ним приятно общаться. Остроумен и доброжелателен, всегда говорил добрые слова Венере и комплименты мне как хозяйке.
Джон ревновал, хотя старался скрывать свои подозрительные взгляды в мою сторону и гневные в сторону брата. А после накидывался на меня с дикой страстью, доказывая, что я его, он меня никогда не отпустит.
Может, конечно, вам покажется, что история повторяется, но скажу честно, что не стоит сравнивать, ведь все по-другому. Я ждала его обжигающего огня и диких рычаний, когда он доказывал мне, что я его женщина, а он мой мужчина. Я знала, что он порвет горло любому, кто посмеет обидеть меня. Он ненасытный, импульсивный, дикий, но я без ума от него. И другого мне не нужно. Он показал мне, что семейная жизнь – это счастье, а интимные супружеские отношения – это страсть и непередаваемое наслаждение. Пусть это своеобразный плен, но я ни за что не променяю его на спокойную свободу.
Наш дом я просто обожала. Лестницу сделали шикарную, большую, с поворотами и деревянными перилами, на которые присоединили красивые светильники, ночью освещающие лестницу.
В доме я убралась, как мне надо и как я люблю. Джон лишь улыбался моим новшествам и перестройкам, но терпел... ну, или ему тоже понравилось. Он ничего не говорил, так что не буду утверждать.
Мой любимый мужчина пообещал, что мы как-нибудь съездим на Саракский рынок на территорию звериной касты, где я вдоволь смогу нагуляться. А пока я довольствовалась имеющимся и таскала с двух складов то, что нам необходимо было для дома.
В хозяйственном складе было мало интересного, в отличие от продуктового. Тут в основном зубные пасты, тряпки, различные средства для уборки, посуда. Хотя мне не очень нравилась расцветка кухонной утвари, я не удержалась и притащила ее к нам домой. Все-таки нужны и тарелки, и стаканы, а то нас пока трое, да гости заходят, а потом пополнение предвиделось.
Сегодня весь день шел сильный дождь, и я решила пойти домой пораньше, хотя на часах было два часа дня. Ну, скажу честно, необходимой работы мало, а мои инициативные проекты могут и подождать.
Да, я не могла сидеть и ничего не делать. Я люблю работать, хотя теперь это не на первом плане. Главное – моя семья!
Венера сейчас находилась в младшей группе вигажи. Это что-то вроде садика для оборотней, но с базой школы. Естественно, деление там происходило в зависимости от возраста и развития ребенка. То есть вигажа делилась на две категории: младшие и старшие группы.
И пока Венера там, я приготовлю сюрприз своему тигренку. Приготовлю романтический ужин и соблазню мужа на столе. Хотя нет, пусть покушает, а то мои гормоны делают меня необузданной кошкой. Джон просто сияет от моей дикости, но вечером мы не можем открыто кричать от своей страсти. Поэтому поужинаем, как положено, а соблазнение поставим на первый план…
Что-то маленькое и темное мелькнуло у кустов. Послышался скулящий плач. Ребенок. Это точно ребенок.
Я пошла к кустам. Черт, всегда считала тупицами главных героинь фильмов, которые спускались в подвалы, шли на кладбища и тому подобное, услышав или заметив что-то необычное.
А сейчас… сама иду… нос свой засунуть, куда не просили. Но там же ребенок, так что трусость нужно спрятать глубоко и надолго и быстрее шевелить ногами.
Подошла ближе и увидела, что на бревне сидит Лота. Опять грязная и нерасчесанная. Нет, ну что за мать? Тварь. Ребенок под дождем, а она где-то…
– Малышка, привет! Я Милана. Ты что здесь делаешь? – с улыбкой спросила я.
– Я… – малышка заплакала. – Я кусять хосю…
В моей груди что-то оборвалось. Сука, а не мать! Сглотнула и, посмотрев на босые ноги девочки, ласково произнесла:
– Лота, пойдем ко мне. Я тебя котлетами угощу. И познакомлю с очень хорошей девочкой по имени Венера.
У малышки загорелись глазки, но она тут же опустила взгляд и вновь заплакала.
– Мне мама сказала зесь сидеть. Она пошла тюда, – и девочка показала в сторону леса.
– Ты, малышка, не беспокойся. Идем, мы позвоним твоей маме.
– Неть, я не пойду без мамы. Я ей обесяла, что буду зесь сидеть.
«Вот черт. Какая ответственная девочка! Придется идти за мамашей».
Вздохнула и предложила Лоте:
– Зайка, ты посиди тут, а я маму приведу. Хорошо?
– Холешо, – проговорила Лота.
Я отдала ей свой дождевик, который висел на ней... ну и пусть, главное, что она больше не под дождем. Хотя девочка так промокла, что ее нужно срочно вести домой, чтобы отогреть.
Вытянула руку, на которой находился рутосот, и произнесла имя мужа. Джон сразу ответил на мой звонок хриплым приветствием.
– Что делает моя сладкая кошечка?
– Твоя кошка сейчас, как мокрая курица, бегает по лесу в поисках Витары, – недовольно прорычала я.
– Не понял?! Где ты находишься? – громко спросил тигр.
– За домом лесничего… прошла от него около километра. Тут Лота голодная мокнет под дождем.
– Какого черта ты пошла искать Витару? Возвращайся назад к Лоте, и идите назад.
И тут я почувствовала запах крови. Свежей крови. И услышала хрипы. Меня бросило в жар от плохого предчувствия.
Я перебила гневного мужа словами:
– Джон, скорее сюда. Я чувствую кровь.
– Милана, поворачивай домой! Сейчас же! – зарычал муж мне в трубку так, что можно было оглохнуть.
Черт, и ведь не только я слышу его крики. Я отключила рутосот и пошла дальше. Через некоторое время запах стал ощущаться сильнее, и я поняла, что нахожусь близко к его источнику.
Я вышла на поляну, где лежала Витара. Судя по тому, что девушка хрипела и давилась своей кровью, у нее было перерезано горло.
Я подошла к ней и села на корточки. Она посмотрела на меня изумленными огромными глазами и стала что-то пытаться говорить, но у нее ничего не получалось.
Девушка судорожно схватила меня за руку и поднесла к своим губам. Губы. Смотреть на губы. И девушка стала открывать рот, давая подсказку.
О… ТА… МО… ТА. Черт! Что же она пытается сказать? Она посмотрела на меня и опустила свой взгляд на мой живот, а потом в сторону, откуда я пришла. ЛОТА. Она сказала Лота.
Кивнула головой и сильно сжала ее ладонь, давая понять, что помогу девочке. Резко встала и со всех ног побежала к оставленной малышке.
«Тупая дура! Какого черта я не взяла с собой девочку? Ослиха! Хоть бы успеть! Хоть бы успеть. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! Мне нужно успеть».
Бежала, как никогда в жизни. Мчалась как угорелая в надежде спасти девочку, которая находилась в опасности.
Когда я стала подбегать к месту, где осталась малышка, увидела смазанную черно-оранжевую тень, которая метнулась вправо от меня. Лес такой густой, что я не видела силуэта, но была уверена, что это тигр.
Со слезами на глазах подбежала к Лоте, которая очень громко плакала от страха. Обняла девочку и стала вертеться по сторонам, ожидая нападения хищника.
Чувствовала, что он находится рядом, но чего-то выжидает. Через секунду почувствовала вонь, которая шла от кустов. Я продолжала стоять на месте. А хрен его знает, что это такое и зачем это сделали?
Через пять минут я поняла, что это за дрянь. Хлова. Это такая «замечательная» вещь, которая грязно убирает запах оборотня в любой его ипостаси. И теперь, кроме вони, напоминающей хлорку, я больше ничего не почувствую. И никто другой. Убийца убрал следы. Кроме одного, но видно, очень важного, что сейчас плакал, уткнувшись мне в джинсы. Лота. И чем же она мешала убийце? Это теперь вопрос.
Послышался шорох, и мне стало не по себе. Действительно, а почему я решила, что он ушел? А может, стоит за кусточком и ожидает наших ошибок. Я смотрела по сторонам и ждала. Спросите, чего? Всего, а в первую очередь – нападения. Притом со спины... По-другому такие твари, как он, не умеют.