Но вообще-то дорога к лагерю оказалась нетрудной. Во-первых, все были без рюкзаков. Рюкзаки уехали на грузовике, и теперь должны были ждать их на месте. Во-вторых, идти все же не по бездорожью. Пыльная лента широкой тропы вилась среди полей.
— Это что растет — овес? Овес вроде бы…
— Галин Иван, а мы правильно идем?
— Правильно, правильно, — обнадеживал Федя Садчиков, ориентировавшийся на местности, как собака. Федя перешел уже на третий курс, и каждое лето мотался по экспедициям, так как собирался стать археологом.
Поля тянулись бесконечно. И все же после химического воздушного коктейля большого города, откуда они утром выехали, этот влажный, настоянный на травах воздух, оживил всех. А тут еще солнышко начало проглядывать — вечернее, но все равно ласковое солнышко меж тучками по-над лесом.
— Классно, что мы без груза, — сказала Ася, — Мне мама чего только ни напихала в рюкзак. Консервы: уверена, что мы здесь оголодаем. Вещей — вагон. Я достаю, она их обратно запихивает. И свитер, и куртку, и вязаную шапочку — представляешь? Вдруг, говорит, ночью будет холодно спать.
— А ты моего крокодила видела? — осведомилась Света, — Говорю Динкиному Сергею: «Ты в этом разбираешься, купи рюкзак и спальник». Он ухватился — давай, дескать, деньги, я тебе все самое лучшее выберу. Он такие поручения обожает, как пацан. Приносит. Ну, спальник еще ничего, а рюкзак — альпинистский. Карманы впереди, карманы по бокам… Когда я этого крокодила набила, он стал выше меня, а уж толще — не говорю. Он в дверь грузовика не влезал, в открытую…
— А как же альпинисты такие в горы таскают?
— Ну, там чокнутые дяди, которым это доставляет удовольствие. Мне подруга рассказывала, у нее парень альпинист. Чуть ли не снежный барс. Она говорит: «Что прут на себе эти мужики — нам с места не сдвинуть».
— А где он побывал? — заинтересовалась Ася «снежным барсом».
— И на Кавказе, и на Алтае, и на Тянь-Шане, и еще она говорила про какие-то горы незнакомые. Последний раз вообще пришел никакой. Там пурга была, они спали на каменных выступах, привязывали себя к ним.
При мысли о замерзающих мужественных альпинистах, путь начал казаться совсем легким. Ася лишь слегка морщилась, поглядывая на натертую ремешком сланца ногу.
— Долго еще? — подала голос Ирка Прохорова, — Галин Иван, вот-вот стемнеет уже.
— Девочки, мы сейчас мимо деревни проходим, туда за молоком будем ходить. А за деревней почти сразу лагерь.
Далекие крыши домов проплывали мимо, как вдруг Федя почти завопил:
— Вижу! Дядь Колин грузовик вижу! Костер вижу тоже! Костер развел, класс!
— Пришли, ура! — провозгласила Ирка.
— Ой, ноги не ходят, донесите меня кто-нибудь…
— Галин Иван, сейчас палатки будем ставить, да?
Место оказалось чудное. Поле, с двух сторон окаймленное лесом, обрывалось впереди темнеющим вечерним воздухом. Со слов начальницы все уже знали, что там, на обрыве — раскоп. А вот тут, где и дубы, и сосны, и орешник, и все разнотравье июльское — им жить.
— Давайте пока одну большую палатку поставим, шатровую, — предложила Галина Ивановна, — В ней и переспим, а утром будем расселяться.
— Вы думаете, кто уснет? — фыркнула черноволосая, полная Нина Сумская, — Наши парни дадут уснуть, как же! В колхозе когда были — с ними до трех ночи, блин, никто не спал. То курят, то анекдоты травят, то магнитофон врубят.
— Да? А кто к нам на нары лез и просил — поставьте блатягу, поставьте Шуфутинского… — передразнил Сережка Кузьменко, полтора метра с кепкой, по кличке «Большой».
— Балда! За чаем лезли — у вас же там розетка была. Куда б мы кипятильник включили — тебе в уши?
Дядя Коля поднялся от костра и приветствовал подходящую публику:
— Дотопали? Я уж думал — один ночевать буду.
Голубой грузовик, единственный штрих цивилизации на фоне природы, выглядел пришельцем из столь же далеких времен, как динозавр. Только наоборот, в другую сторону эры.
— Помоги стащить, а, — попросила Света, ухватившись за лямки своего рюкзака.
— Боже! — ужаснулась Ася, рванувшись на помощь, — Я думала, мы с мамой одни такие… Но ты-то чего сюда напихала?
— Тише! Не урони! А впрочем, роняй, мне уже все равно. А палатка? Спальник? Шмотки, потом я еще несколько прибамбасов придумала. Мне кажется, никто в большом шатре спать не будет, давай свою ставить.
Лучшее место заняла Галина Ивановна, как только решили расселяться.
— Мальчики, нам вот тут, под этим дубом, чтобы отдельно. Мы с Еленой Петровной тут в прошлом году жили.
Помощница начальницы, которую никто не замечал из-за полной ее безгласности, кивнула.