— Представляешь, эта тупица не смогла X6 от X5 отличить! — процедил сквозь зубы кузен Сашки, пролетая мимо злосчастного BMW Медведева. В глазах его плясали чертята мстительности. — Может, самому ночью, как тень, преподать ему урок хороших манер? Тань, у тебя там много помад лишних?
Блондинка лишь устало закатила глаза, отрываясь от мерцающего экрана телефона.
— Денис, ну не позорь, право слово. Нам скоро тридцатник стукнет, а ты все в детство впадаешь, пакостник!
Едва Саша откинулась на спинку сиденья, погрузившись в бесконечную ленту соцсетей, как вдруг назойливым мотыльком прилетела заявка в друзья. Приблизив фотографию профиля, брови Пчелкиной удивленно взметнулись вверх, словно крылья испуганной птицы. С экрана на нее смотрела та самая брюнетка, Кира.
— Ребят, — позвала она близнецов, — а вы многих в нашем городе знаете?
Денис бросил взгляд в зеркало заднего вида, поймал отражение сестры и, ухмыльнувшись, выдал:
— Ну, связи имеются. А что, принца ищешь?
Таня легонько толкнула брата в плечо и повернулась к младшей:
— Кто-то обидел?
— Да не-е-ет, — протянула Саша, машинально стирая из памяти неприятные воспоминания, связанные с Кирой. Она протянула кузине телефон, демонстрируя фотографию незнакомки. — Ее знаешь?
Блондинка, не отрывая взгляда, прищурилась с подозрением:
— Боюсь даже спрашивать, но… Где ты с ней пересеклась?
Вопрос застал Сашку врасплох. Так спрашивают о ком-то настолько сомнительном, что даже упоминание о случайной встрече может быть чревато.
— Да я даже не знаю ее толком, — растерянно пробормотала девушка, словно балансируя на острие правды и лжи, — Просто она заявку кинула, вот и спросила.
Таня, удовлетворенно кивнув, откинулась на спинку сиденья, вновь погружаясь в мерцающий экран телефона:
— Лучше не добавляй. С ней одни скандалы. Ничего хорошего от нее не жди, просто игнорируй.
Денис лишь согласно закивал, словно нить понимания протянулась к нему сквозь туман недосказанности. И вскоре, под аккомпанемент любимого плейлиста хозяина авто, троица уже выгружалась у исполинских дверей торгового центра.
Саша знала, зачем они здесь. Приближался юбилей местного депутата, собиравшего под свое крыло весь цвет городского бизнеса, включая и семейство Пчелкиных. А поскольку вечер обещал быть помпезным, близнецов забросили в авангард, дабы те помогли с выбором платья, достойного такого события.
Кто, как не эти гуру стиля, владели сакральным знанием о последних веяниях моды?
Войдя в знакомый до боли бутик, Денис вальяжно рухнул на обжитой диван, словно в кресло-качалку, а его сестра, словно бабочка, вспорхнула и тут же растворилась в пестром калейдоскопе нарядов. Младшая же, скользила взглядом по манекенам, оставаясь равнодушной к их безупречному лоску.
Саша, в глубине души, не видела смысла в этих хлопотах и робко предложила маме обойтись без лишних трат. Выпускное платье казалось ей вполне достойным. Но родители, словно гранитные изваяния, стояли на своем: требовалось новое платье, и точка, словно этим хотели подчеркнуть важность мероприятия в глазах дочери.
После десяти минут вещевого лабиринта Таня уже шествовала в сопровождении трех ассистенток, готовых превратить ее сестру в изящную куклу. Устроившись рядом со своим близнецом, блондинка легким жестом указала младшей кузине на примерочную, где ту уже ожидали отобранные специально для нее наряды.
Первое платье, цвета изумрудной зелени, манило взгляд. Атласная ткань, приятно обтекала тело, выгодно подчеркивая каждый изгиб. Дерзкий вырез до бедра кокетливо прикрывала ниспадающая волна ткани, напоминающая шлейф, рожденный морской пеной.
Приоткрыв занавес примерочной, Саша ступила на скромный подиум. Взгляд Дениса встретил ее восторженным одобрением: большие пальцы взметнулись вверх, а в руках он держал, словно трофей, детскую магнитную доску, где ярким росчерком красовалась цифра "10".
Таня же, напротив, долго и придирчиво изучала отражение кузины в зеркале, словно оценивала картину. Легкое покачивание головой – и вот, первый наряд отправляется в небытие.
На смену явилась вечная классика – черное платье в пол, с деликатными бретельками и сдержанным вырезом. Оно, словно вторая кожа, обрисовывало точеную талию и плавные изгибы бедер. Но даже эта безупречность не зажгла искорку восторга в глазах блондинки.
Третий образ: платье цвета рубина, дерзко алое, с глубоким, манящим вырезом на спине и соблазнительным разрезом, открывающим правую ногу. Лишь тонкие бретельки, перехваченные игривой шнуровкой чуть ниже лопаток и до поясницы, сдерживали этот поток страсти.