— Точняк! Да у тебя же ее фотка заложена между книгами! — воскликнул парень, указывая пальцем на удивленную Сашу. — Так вы что, типа, мутите? Раз рядом живете? И нам ни слова!
Слова эти вонзились не только в слух Пчелкиной и ее свиты, но и пронзили самого Вадима. Казалось, маска непроницаемости соскользнула с его надменного лица, обнажив предательский румянец, опаливший уши, словно был выдан самый сокровенный и постыдный секрет.
А вот для брюнетки беззаботно высказанное предположение стало искрой, поджегшей порох. Она, словно дикая кошка, прыгнула на обазанченную соперницу, повалив ту в собственную квартиру.
Так началась схватка.
Схватка, в водоворот которой их нежданно затянуло, и кара, обрушившаяся столь же внезапно за излишнюю любопытность.
Сначала Саша и понять ничего не успела – лишь резкая боль пронзила корни волос. Над ней, словно хищная тень, нависла брюнетка, вцепившись наманикюренными пальцами в волосы жертвы, а Яна отчаянно пыталась оттащить разъяренную фурию.
Аня, предвидевшая подобное развитие событий, вместе с двумя вовремя подоспевшими парнями, образовала живой щит, не подпуская подружек-копирок.
— Да ты что творишь, бешеная? — взвизгнула Пчелкина, вцепившись в ответ. В ее руке осталась черная прядь – предательски выдавшая нарощенное происхождение волос нападавшей.
Это зрелище окончательно сорвало стоп-кран у брюнетки. Она занесла руку с острыми когтями для удара, но ее запястье перехватил Вадим. Он резко дернул девушку на себя, заставив ее беспомощно повиснуть в воздухе, словно куклу. На его красивом лице гнев искривил темные брови, а глаза метали молнии.
— Что ты здесь устроила? — голос Медведева звенел льдом, проникая под кожу. — Мы провели пару приятных вечеров, Кира. И на этом все закончилось. Точка.
Он нарочито выделил каждое слово, словно вбивал гвозди в крышку гроба их короткой связи.
— Но твои слова… — прошептала Кира, ее голос дрожал, как осенний лист на ветру. Она закусила губу, отчаянно борясь с подступающей истерикой.
Вадим устало вздохнул, словно нес на плечах неподъемный груз.
— Кир, у меня ни с кем нет отношений! Они мне не нужны, понимаешь? Не нужны!
Он отпустил ее руку, заставив поднять на него заплаканные глаза. В его взгляде не было ничего, кроме ледяного равнодушия. Он целился прямо в сердце.
— У меня не было к тебе чувств. Не трать на меня свое время.
И стоило этим словам сорваться с его губ, как Кира, сломленная, рухнула к ногам несостоявшегося возлюбленного.
Она хотела что-то сказать, но слова замерли на губах, словно заледенели. Резко поднявшись, брюнетка сделала несколько шагов в сторону лифта, двери которого распахнулись на их этаже, словно повинуясь негласному приказу.
— Такой же, как твой папаша, — прозвучал ледяной приговор Киры, прежде чем створки сомкнулись, унося нежданную гостью и ее свиту в пропасть нижних этажей.
Медведев рванулся было к лестнице, но путь ему преградила Саша, возникнув словно из ниоткуда.
— С дороги, — прошипел он сквозь стиснутые зубы, словно дикий зверь, загнанный в угол.
— Остановись, — выдохнула растрепанная Пчелкина, не отводя стальных серых глаз от пылающего яростью парня. — Хватит на сегодня! Ты сам только что поставил жирную точку в ваших отношениях.
Яна решительно толкнула плечом ближайшего приятеля Вадима, давая знак – пора вмешаться.
— Дружище, девчонка права. Вернемся в квартиру, придем в себя, — он тронул Медведева за плечо, но тот лишь раздраженно дернулся, словно взбешенный кот.
Саша, неподвижная, как изваяние, своим упорством словно обезоружила врага. Что-то странное отразилось в его глазах.
Вмиг вернув небрежную расслабленность, парень вдруг коснулся пряди волос Пчелкиной, проронив:
— Сильно досталось?
Девушка, одарив его теплой улыбкой, вспоминив прошлое, шутливо отмахнулась:
— Вечно из-за тебя у меня волосы страдают!
Она рассмеялась, и даже Медведев выдавил подобие улыбки, оценив неудачную шутку.
Аня, словно чертик из табакерки, возникла из ниоткуда, подхватила подругу под руку и звонко объявила:
— Ну, приятно было свидеться, одноклассничек! Нам пора!
Пчелкина не сопротивлялась, в душе лишь росло тихое предвкушение возвращения в свою обитель, где ждала теплая ванна, успокаивающая маска и мягкая постель. День вымотал до последней капли, оставив после себя лишь неприятный скрежет усталости.