– Уверен, – ОЧЕНЬ выразительно посмотрел Балион на Старейшину, и желваки на его скулах заходили ходуном, – Криталона выписала бы вам отдельную «благодарность» за казнь невиновной!
«КАЗНЬ?! У них совсем, что ли, мозгов нет?!» – степень моего возмущения сложно оформить в пару слов… даже взятых из разговорного лексикона дворовой шпаны!!!
Криотальский повернулся ко мне. В его глазах плескалось море невысказанных вопросов, и я поняла, что моему ответу о проведённом времени в библиотеке никто не поверил.
– Приношу извинения за неудобства…
Мужчины только повернулись, чтобы удалиться, а я взбунтовалась!
«В конце концов, всему есть предел!!!»
– Неудобства?!
– Что?
«Гости» замерли на месте.
– Вы сказали: «…за неудобства»?! Издеваетесь?! Вы чуть не казнили человека из-за невнимательной, расхлябанной сучки?! – «Да простит меня Боженька, но Сильвия могла бы навести напраслину на Юлиану и без десятиминутного похищения медальона!»
Народ опешил от моего обвинения. Уголок рта Криотальского предательски дрогнул.
– И что ты предлагаешь?
– Извиняться учиться! – скрестив руки на груди, высокомерно посмотрела на знать Криоты. – И не передо мной, а перед той, кто больше всего пострадал от ваших безалаберных подчинённых!!!
– Что? – Дрэйк и Дерек переглянулись.
– Ты смеешь требовать от Правителя извинений перед человечкой?! – прошипел жрец, затрясши редкой седой бородкой.
«Теперь понятно, почему Иван Евстигнеев такой козёл! Эти криотальцы считают себя исключительными… Эх… не повезло им, что я тоже криоталица. Господи, пусть моим настоящим родителям будет хорошо на небе… если они мертвы…»
– Ещё недавно ВЫ смели требовать от него принятия мер для наказания меня!!!
– Это другое! Ты – криоталица! Большее, что тебе грозило – это отлучение от Двора! Эта же… – жрец брезгливо поморщился.
– Что? «Эта»?! Обхаживает таких нерях, как вы, Сильвия Рид и… и многих других?! – медленно, но верно, я чувствовала, что закипаю от злости и негодования. – Неблагодарный хам!!! И требую я извинений не от Правителя, а от тебя и Советников! Потому что на девушку нападал не Его Величество, а вы – придурки, возомнившие себя чуть ли не Богами!
Жрец, брюнет и рыжеволосый Дерек захлопали ртами, задохнувшись от возмущения.
Первым пришёл в себя рыжик:
– Ваше Величество!
– Что?! – недобро спросил Криотальский, перестав ухмыляться.
– Это возмутительно! – снова завёл шарманку жрец, пока его «халаты» нервно переминались с ноги на ногу.
Брюнет молчал, переводя взгляд с меня на наследника криотальцев, замирая на дрожащей фигурке Юли.
Рыжий продолжил:
– Это неслыханно, чтобы мы…
– Делайте, как приказала хозяйка девушки! – категорично велел Балион, также остановив своё внимание на простачке. – Крисса Маякова в своём праве.
Когда к Юле выстроилась шеренга обвинителей, я уже пожалела о своём требовании. Девушку меньше трясло на допросе, чем сейчас, когда вся знать Криоты припадала на одно колено перед служанкой, принося свои «глубокие извинения»! Однако останавливать этот концерт я не стала, даже несмотря на то, что ЭТО унижение элита и жрецы мне уж точно припомнят!
Видимо, та же мысль посетила и Правителя.
– На выход! Ири… не так же готовиться к балу, как и участницам отбора.
– С чего это? – подозрительно прищурилась, когда приёмные покои постепенно стали пустеть.
– С того. Ты мне обещала… – проходя мимо меня, Балион подался вперёд, окутывая меня своим запахом. – И больше никогда мне не ври. Я ждал тебя в библиотеке… но об этом поговорим позже… Иррра…
Кожа на руках покрылась крупными пупырышками, исчезнувшими только после того, как за Правителем закрылась дверь.
– Великая Криота! – воскликнула белая, как мел, Юлиана, кинувшаяся мне в ноги. – Я думала, что умру!
– Не говори глупостей и быстро поднимайся на ноги! Ещё чего не хватало – валяться перед кем бы то ни было на полу!!! Такой жест поощряется только в отношении родителей! А я тебе не мать, так что кончай унижаться! Времени до бала осталось мало.
Глава 10. «Бал – это не моё»
– Ну, пожалуйста, госпожа! – уже час Юлиана умоляла меня украсить волосы чем-нибудь ярким, до сих пор никак не придя в себя от моего выбора платья. – Ведь и так всё чёрно, хоть глаз выколи! Вы будете похожи на кляксу!
– Перестань. Красиво же получилось, – окинув подол платья из чёрного атласа, улыбнулась. – Кожа у меня светлая, глаза – зелёные… брюнеткам, в конце концов, идёт чёрный цвет.