Пусть наше общение с надменным ледяным блондином, таким же холодным, как цвет его платиновых волос, и ограничивалось либо «вежливыми» приветствиями, либо выразительными взглядами, полными презрительности, но «жалкой» или тем более «ущербной» сироткой я себя не чувствовала рядом с парнем. Наоборот, мне хотелось посочувствовать придурку, чьи желания и прихоти исполнялись по щелчку изящных пальцев пианиста!
«Ну, как «посочувствовать»?! – Хмыкнула себе под нос, перехватывая факел левой рукой, чтобы погреть пальцы на правой. Вся рука онемела уже держать древко огня. – «Пока Снарский не поступил, как и я, на факультет международных отношений и социально-политических наук МГЛУ, пусть и на другую специализацию – «Политология»!
Правда, надо быть честной перед самой собой, этот гнус перестал меня постоянно задирать… ммм… да вот после дня рождения и перестал, только это нисколько не умаляло былые «заслуги» придурка, в некоторой степени даже раздражая!
У меня в голове не укладывалось, как посещая одни и те же лекции, можно игнорировать бывшую одноклассницу?
«Спокойно, Селечка», – успокаивала сама себя, в такие академические часы, стараясь не смотреть на рожу блондина, на которого соседки по парте чуть ли не слюнями капали. Это ужасно раздражало. – «Не все такие общительные и болтливые, как ты!»
Бабушкины реплики, заученные до зубного скрежета, иногда спасали, но, зачастую, только накаляли атмосферу.
В общем, зарубежная литература, которая, собственно, и объединяла меня со Стефаном, стала слабым звеном на пути к мечте «Выдающийся журналист». Сконцентрироваться на обучении с рядом сидящим Снарским было так же нереально, как иметь ноги от ушей при моём росте 166 сантиметров!
– Чего это ты о нём думаешь?! – Возмутилась вслух, отмерзая от ствола сосенки. – Больно много чести! Вот, выберусь из леса, обязательно выскажу этому белому хорьку всё, что накипело! Блин! Да если бы не он, Ирка не потянула бы меня на это сборище любителей надуманных какой-то дурочкой рас!
Моё бормотание прервалось, когда я услышала вой… Реальный, мать его, ВОЙ!
«Волчий!!!» – Меня затрясло от страха.
Огромное животное, завывало совсем рядом, испугав меня до полуобморочного состояния.
Не придумав ничего лучше, а точнее утеряв от страха последние крупицы здравомыслия, чуть не сунула факел в сугроб, желая потушить его. Пришла в себя на последней секунде. Вспомнила и «Маугли» Киплинга, и «Белого клыка» Джека Лондона, и даже «Весьегонскую волчицу» Бориса Воробьёва… Описание повадок этого невесть откуда в Сокольниках взявшегося животного призывало обняться с факелом и крепко с ним подружиться… как с родным!
Ирка говорила, что из животных на территории парка самыми опасными считаются чёрные лисы! И то, идиотка так заливисто хохотала при этом, что я посчитала, что она издевается надо мной. Выглядеть глупо не хотелось!
«И что же теперь?!?» – Факел с довольно хлипким держаком, на который намотали тряпку, чем-то облитую, перед непосредственным его поджиганием, стал дрожать, будто я вступила в ряды стариков, у которых выявлено дегенеративное заболевание экстрапирамидной моторной системы, попросту называемое «Болезнь Паркинсона».
Когда под ногой хрустнула ветка, и вой волка резко оборвался, я забыла, как дышать.
Стащив с глаз очки, прижалась к стволу дерева, под которым всё это время стояла, и крепко зажмурила глаза. Как в детстве, понадеялась, что этого будет достаточно. Чтобы мимо меня все беды прошли стороной, не заметив безголовую дылду с факелом в руках – этого достаточно!
«А юмор-то вернулся!» – На грани истерики оценила собственный сарказм, мысленно прощаясь с жизнью, так как в мою шею что-то большое и мягкое ткнулось холодным носом, заставляя сердце оборвать работу. – «Стоп! Я, конечно, маленькая ростом, но не до такой же степени, чтобы волк смог дотянуться до уха и лизнуть его!?!»
Готовая возмутиться на «шутника», уверенная, что меня нашёл один из третьекурсников-дебилов, дружков Снарского, я открыла глаза.
«Господи… лучше б ты их не открывала…» – выдали тараканы, падая замертво и гася светильники в обоих полушариях бедовой головы.
Выдержать вида огромного белоснежного волка, размерами достигающего мои скромные, но, прошу заметить, человеческие сантиметры – способен не каждый!