– Вообще-то, мы слишком одинаковые, чтобы сравнивать меня с обезьяной!
Двоюродные братья шутливо пихнули друг друга, пытаясь одновременно протиснуться следом за мной в достаточно широкий проход, громко хохоча.
– Начинается… – Леонид обратил свой взгляд в потолок, возводя глаза к «небу».
Я молчала, пока не оказалась в гостиной, как та овца, ведущая стадо баранов за собой. Уверенность в том, что четвёрка оборотней никуда от меня не денутся, была более чем стопроцентная.
– Нам надо поговорить, – начал Стефан, как только мы оказались за обеденным столом, на котором всё давно остыло.
– Я голоден. Предлагаю…
– Какое ты имел право забирать мои документы, не спросив меня?! – Опять перебила альфу, тут же обиженно откинувшегося на спинку стула.
– Поели, блин…
Всё моё внимание было направлено на блондина, без вопросов занявшего место недавнего гостя, так как на стуле «правой руки альфы» уж умостилась я.
Снарский молча всматривался в меня, видимо, пытаясь понять насколько я зла.
Но! Будете смеяться, злость – это последнее, что я испытывала.
Будучи всегда предусмотрительной и осторожной, только сегодня собиралась поговорить с Леонидом на эту тему.
Я не могла вернуться в универ сейчас. Это было бы глупо.
Две стихии, о существовании которых я даже предположить не могла, а так же новоявленные проблемы с известием о существовании оборотней и ведьм на нашей планете, не говоря уже о моей принадлежности к ним – всё это делало моё возвращение невозможным.
Я хотела взять академический отпуск на год… хотела попросить, чтобы меня сопроводили в Москву для оформления нужных документов… и вот тебе! Всё оказалось выполненным, да только сомневаюсь, что становление перед фактом способно обрадовать.
Методы решения проблем стаи, в обход их главного участника, мне не нравились совсем, если вспомнить, что этим участником являюсь я!
– А как ты себе представляешь своё дальнейшее обучение с не контролируемыми всплесками стихий? – наконец, Стефан подал признаки жизни, отвечая вопросом на вопрос, как настоящий еврей, а не потомок…
«Кто они там были? Криотальцы?»
– Речь не об этом. Ты должен был спросить у меня! Поставить в известность о своём намерении, в конце концов! Ты обязан…
– ВОЛКОДЛАК НИКОМУ НИЧЕМ НЕ ОБЯЗАН! – рявкнул Леонид, грохнув кулаком по столу, резко сменив настроение. – Тем более ведьме! Ты – дремучая, как лес в безлунную ночь! Дед прав: твоим образованием необходимо заняться как можно быстрее…
– Своим образованием займитесь! – Поднявшись со стула, больше не испытывая к приёму пищи какого-либо желания, направилась на выход из столовой, злая, как сам Сатана. – А ещё лучше – практические занятия по этике и моральным представлениям посетите… Я буду у себя! – Остановившись в дверях гостиной, обернулась. Возможно, не будучи злой, я бы посмеялась над вытянувшимися мордами волков, сидевших за столом в своих человеческих ипостасях, но настроение было изгажено, поэтому стиснув челюсти, процедила сквозь зубы: – Надеюсь, вы быстро осознаете, что новый хранитель знаний в Северной стае такой же зловредный, мстительный и не терпящий самоуправства от посторонних касательно своей личной жизни, как и бывший до него предшественник!!! Внешний вид, гендерные особенности и принадлежность к ведьмам – как уважительная причина для унижения конкретно моей личности, оправдана не будет! Либо ведёте себя по отношению ко мне, как адекватные мужчины, живущие в XXI веке, либо с проблемами отправляйтесь к своей глубокоуважаемой заднице… И кстати! Сегодня я ни по каким селениям ходить не намерена – настроение не то!
Дверь захлопнула так сильно, как только могла.
Шагая к двери библиотеки, бормоча себе под нос всевозможные проклятья на голову альфы и его беты, увидела сидящую на ступенях лестницы Агату, которую «Матвеевной» язык не поворачивается называть.
Женщина наблюдала за моим продвижением с тоской и некоторой долей зависти.
Останавливаться и выражать почтение, которое явно от меня ожидалось, не стала, спеша укрыться в библиотеке, ставшей для меня чуть ли не убежищем. Мне хватило и зеркального общения с ведьмой… я после того происшествия в ванной комнате теперь ещё долго на своё отражение нормально смотреть не смогу!
Библиотека встретила меня привычной тишиной. Запах бумаги – я всегда находила в ней свою особенную прелесть, которую не способен подарить ни один айпад или планшет. Листая страницы книги, кажется, что соприкасаешься лично с историей или наукой, в зависимости от того, что несёт в себе этот накопитель памяти.