— Скажи мне, откуда у тебя это средство? — вдруг спросил Оливер, до этого пытающийся успокоить Клер и напоить ее водой.
— Это слишком длинная история. Ты что-то про него знаешь?
— У меня есть похожее, но оно действует немного не так. И оно зеленое.
— Где ты его взял? — удивлению Саши не было предела. Подобное средство придумали Эспары, а ингредиенты для него растут лишь на берегу того самого острова, на котором сейчас прячется великая раса, и в маленькой бухте, выйдя из которой можно найти остров. Уму непостижимо, чтобы кто-то из людей смог повторить это.
— Подарил один знакомый, — Оливер и хотел бы не врать, но раскрывать сейчас всю правду не хотелось. Как и все хорошие послы Его Величества, он прекрасно умел врать и скрывать все эмоции, но сейчас его лицо дрогнуло, и Саша заподозрил обман, но ничего не сказал, лишь недобро посмотрел.
— Как зовут этого твоего старого знакомого?
— Касьян… — начал говорить Оливер.
— Дей, — закончил Саша, схватившись за голову.
— Откуда…
— Где он сейчас? — от злости Саша сжал кулаки и постарался никого не ударить.
— Где и всегда, при Францисе, — от проявленного Сашей напора Оливер даже слегка оторопел, он совершенно не ожидал такого интереса к заурядному лекарю. — Если хочешь — я вас познакомлю.
— Мы знакомы, — сурово проворчал бард себе под нос. — Клер, ты не против, если мы заедем по пути в одно место?
— Разве я могу быть против? — оторвавшись от очередной чашки чая, которым ее усиленно поил Арчибальд, ответила она.
— Прекрасно! Тогда собираем вещи и выходим.
— А…
— Ты сошел с ума! Я никуда вас не отпущу пока бедная малышка не выспится как следует! — возразил хозяин дома. У него не было своих детей, и дедушкой он не стал, и вся та забота, которую он мог бы подарить детям или внукам, обрушилась на маленькую, не выспавшуюся Клер.
Саша уже давно не мог сидеть на одном месте, с того самого момента как он очутился на континенте он бежит, и никогда нигде не задерживается надолго. Последние несколько лет его жизнь была настолько динамична, что сейчас остановиться было очень сложно. Он зло смотрел на старого друга.
— А вот тут я с ним согласен, — вставил свое слово посол.
— Вернусь вечером, — громко хлопнув дверью, бард вылетел из дома, оставив всех недоуменно смотреть ему вслед.
Какое-то время стояла мертвая тишина. Все, переглядываясь, пытаясь найти ответ, но его не находилось.
— Куда он мог уйти? — поставив надоевшую чашку на стол, спросила Клер.
— Авелин, — разочарованно ответил Арчибальд, схватившись за голову. Он всегда осуждал эту девушку. А ее связь с Сашей не одобрял. — Пойдем деточка, я постелю тебе постель и ты как следует выспишься, — старый портной повел девушку в одну из давно пустующих комнат. В его доме всегда ждали гостей, но они посещали его слишком редко.
Расстелив чистое белье на мягкой постели, портной достал из шкафа длинную белую рубаху, и послал девушку переодеться за цветастую ширму из остатков тканей. Арчибальд забрал перепачканное платье и оставил девушку наедине с собой, а сам отправился в мастерскую, надо было подобрать что-то другое, даже за день он не сможет восстановить это платье.
— Пойдем со мной Оливер, поможешь мне найти замену этому. — Он одними глазами указал на платье в руках и скрылся за дверью мастерской. Посол молча пошел за ним.
Глава 9
«Пусть пока у Марты поживет, а мы за ней потом вернемся» — думала Шарлотта, запечатывая конверт с посланием старой подруге. Женщина очень не любила так делать. Сбегать в такой спешке очень рискованно, но больше ничего не оставалось. С тяжелым сердцем она отправляла дочь в город.
— Где девчонка, что прислуживала на празднике? — на кухню ураганом влетела юная особа. — Такая с серыми волосами.
— Ее нет в усадьбе, — не поворачиваясь, спокойно ответила женщина. Она прекрасно понимала о ком идет речь и старалась сохранять хладнокровие.
— Не ври мне! Где вы ее прячете? — девушка развернула кухарку лицом к себе и остолбенела. Сходство с тем самым портретом, что Бионор оставил в ордене, сбегая в спешке, было просто потрясающее.
— Илиана? Что ты здесь делаешь?
— Это и впрямь вы? — весь пыл девушки куда-то ушел, горделивая осанка пропала, девушка вся сжалась. Она робела перед этой женщиной еще больше чем перед матерью, но и ненавидела ее во много раз больше.