— И все же, что это было? — спросил бард. Он уже успел вернуться к своему обычному немного безрассудному настроению, на его лице расплылась довольная улыбка. Но при каждом движении или слове он морщился, стараясь не шипеть от боли. На свету стало видно, что раны у него не только на плече, но и по щеке, от самого носа до уха растянулась широкая кровавая полоса, а под ней назревал синяк.
— Обычное недоразумение. Тебя перепутали с каким-то бандитом, напавшим на благородную леди, — Оливер пожал плечами и получше спрятал свиток в сумку.
— Корабль должен отплыть завтра на рассвете. Кто-нибудь забрал мою сумку у этих остолопов? — бард оглядел своих спасителей и не нашел у них заветной сумки. — Черт. Неужели придется возвращаться? — он обреченно опустил голову.
— Не придется, — Касьян появился из-за спины и протянул барду его сумку. От этого голоса у Саши внутри все перевернулось, это был словно привет из ада. Старая жизнь нашла его.
Он обернулся, чтобы посмотреть в лицо говорящему и удостовериться, что он перепутал, и голос просто очень похож, но нет. Перед Сашей во всей красе стоял Касьян Дей, призрак из его прошлого, держащий его сумку на вытянутой руке. Касьян улыбался, как ни в чем не бывало.
Саша постарался развернуться, чтобы взять сумку, но взвыл от боли.
— Ты как? — к нему тут же подбежала Кларисса и начала судорожно осматривать раны на предмет кровотечения. У него оказались сломаны несколько ребер справа, бок почти весь посинел. Сумку в итоге забрала Кларисса.
— Все хорошо. Идем, — он встал с камня и, держась за бок, направился в город.
Всю дорогу Дей держался позади и с интересом наблюдал за происходящим. Почти всю свою жизни он следовал за Сашей, все детство он подражал ему, а когда Сашу изгнали, Касьян пошел за ним, бросив вызов миру, в котором они жили. Но в изгнании Саша захотел остаться один, и многие годы попросту избегал старого друга.
В городе стемнело быстро.
— Оливер, можешь дать мне воды и чистых бинтов? — спросила Клер, как только они вошли в дом.
— Со мной все хорошо! — тут же воскликнул Саша. Девушка была намерена обработать все его раны, чего бы ей это не стоило. Она еще помнила то, что рассказывала ей Иви. Бард и хотел бы поспорить, да сил совсем не осталось.
Оливер посмотрел на серьезно настроенную Клер и обреченного барда, и направился на кухню. Кларисса ушла за ним, оставив старых друзей наедине.
— Какая девушка! — воскликнул Дей вслед Клариссе.
— Даже не думай!
— Я еще ни о чем не думал, — лекарь улыбнулся. — Тебе помочь с ранами? Или ты слишком меня ненавидишь? — его улыбка стала натянутой, в голове раз за разом всплывали события из прошлого.
— В прошлый раз ты не справился. Свое здоровье я тебе не доверю. Само заживет, — если в душе Дея воспоминания вызывали страх и вину, то в душе Саши они вызывали невероятную боль.
— Ты забываешь свои корни, — Касьян заглянул в глаза старого друга. — Ты становишься человеком.
— Что в этом плохого? — Саша пожал плечами. — Меня все же изгнали. У меня нет корней. Я сам волен выбирать, кем быть, куда идти и что делать.
— Ты делаешь неверный выбор, — Касьян покачал головой.
— Не тебе судить.
— Так, сиди смирно, — Клер села между Сашей и Деем, стараясь пресечь их конфликт. Небольшой таз с теплой водой она поставила рядом.
— Может я лучше сам?
— Нет, — Кларисса села поудобнее и начала осторожно снимать пропитавшуюся кровью ткань с плеча Саши. — Отвернись, — попросила она, увидев как раненный внимательно наблюдает за ее действиями. Саша сперва посмотрел ей в глаза, и только потом нехотя отвернулся. Клер осторожно сняла обрывки ткани, открывая кровоточащие порезы.
Вскоре вернулся Оливер с бинтами и некоторыми настойками, найденными в шкафу.
Клер намочила один из бинтов и принялась осторожно размачивать и смывать кровавую корочку.
— Может все же я? — спросил Дей, наблюдая за тем, как тяжело и неосторожно Клер промывает рану.
— Ни за что! Оливер, дай мою сумку, — попросил Саша, отстранив руку девушки. Он намеревался взять дело в свои руки.
— Что ты собрался делать?
— Просто дайте мне мою сумку, — от безысходности простонал Саша. Сейчас на него жалко было смотреть.
Дей успел взять сумку раньше Оливера. Саша очень обреченно на всех смотрел. Но сумку из рук старого друга он все же взял. На сей раз заветная железная фляжка нашлась быстрее. Зачерпнув немного холодной розовой мази, он тоненьким слоем размазал ее по плечу. Боль пришла не сразу. Ему пришлось прикусить губу, чтобы не закричать, в глазах на какое-то время потемнело, сознание едва не покинуло его, а на губе выступила кровь. Когда Саша распрямился, то на его плече остался один большой шрам, почти все синие отметины исчезли, от них осталась лишь тень, легкое воспоминание.