— А ты? Что за подозрения появились у тебя? — Териона посмотрела на Медею и наивно захлопала глазками — так всегда делала, когда выведывала чужие секретики.
— Мне показалось, что Вейд причастен к эпидемии, которая началась в поместье моей бабушки.
— Красного мора?
— Да. Кажется, это он вызвал её.
— Не может быть, — заторможенно качнула головой Териона.
— И если это правда, то ты тоже в опасности. Вдруг он решит и тебя извести?
— Что за глупости? Вейд совсем не такой. Он не станет причинять мне боль. И тем более убивать.
Наивная Тери. Медея тоже так думала, а потом оказалась в обители.
— Но ведь ты не можешь…
— Рожать? Разве это главное в жизни? Будто свет клином сошёлся на этих детях. Вейд не особо убивался по вашему ребёночку…
А вот это уже было больно.
— …ни разу даже не вспомнил о нем. С чего ему хотеть в доме этих крикливых пакостников?
— Возможно, не сейчас…
— Медея, послушай, — Териона копалась в шкатулке на каминной полке, перебирала украшения, — говорю тебе, что Вейд не способен на такое. Он наивен, как ребёнок, и прост, как свиток пергамента. Разверни прочти, и все станет ясно.
— Но у меня есть это, — Медея вытащила из кармана цветок Каройдомуса и положила на стол. — Доказательство его вины.
— Что? — улыбающаяся Териона повернулась, держа в руках красивую брошку.
И, взвизгнув, отступила назад, чуть не оказалась в огне камина. Подол платья даже задымился. Тери не заметила этого. Лицо красавица исказил испуг, отчего она перестала быть даже симпатичной. Вот уж и вправду говорят — искорёжило.
— Убери! — закричала, сжав кулачки. Её красиво отточенные розовые ноготочки так впились в кожу ладоней, что, казалось, польётся кровь. — Убери немедленно! Как ты могла притащить его сюда?!
А вот это уже интересно. Подруга знает, что за камень лежит сейчас на её чайном столике?
— Он пуст, — успокоила Медея. — И не опасен.
— Уверена?
— Конечно. Неужели думаешь, что я бы принесла в город населённый людьми, споры Красного мора? Нет. Он двести лет лежал на солнце, вся зараза улетучилась. — Медея взяла камень и положила обратно в карман. — А откуда ты знаешь, что это такое?
— Просто знаю, и все… — расплывчато объяснилась Териона.
Териона нервно одернула платье и поправила причёску. И старалась глубоко дышать, возвращая себе маску беспечности.
— Такое мало кто знает.
— Не у всех было достаточно хорошее образование, — нервно рассмеялась Териона.
Намекала на Медею? Зря старалась поддеть, у Фалин работали лучшие гувернантки в округе. И учителя приходили опытные и знающие. Не один из них не упоминал о связи Красного мора с гоблинами и уж тем более Каройдомус. Потому что никто на Людожите не знал точную причину начала эпидемии. Были догадки, как теперь выяснила Медея, далёкие от истины. Но точную причину…
Или знали, но скрывали? А Хордуоны, получается, были в курсе. Потому-то Каройдомус, это не про учителей. Такие страшные знания предают только внутри рода.
— Ты хочешь сказать, тебе рассказал об черном камешке Фукис? Твой учитель истории? Или учительница естествознания Колиолия?
— О Каройдомусе? — бровки Терионы сошлись на переносице.
— Ты и название знаешь?
— Долго ли запомнить? «Кара» и «бездна» на древнем языке, вот и получается…
— Каройдомус. Кара, поднятая из бездны.
— Теперь и ты знаешь чуть больше, — самодовольно улыбнулась Тери.
— Вейд…
— Перестань его винить, говорю тебе. — Тери впервые за вечер приблизилась к подруге и протянула к ней руку. — В том, что случилось с тобой, нет его заслуги.
Медея решила, что Териона в знак примирения хочет похлопать её по плечу. Но тонкая ладошка, прикоснувшись к ней, причинила острую боль. Булавка! Териона уколола её булавкой!
— Зач… — хотела спросить, что за глупую шутку задумала бывшая подруга, но не смогла договорить — губы онемели, а все тело словно одеревенело.
— Ты слишком много знаешь, — посмотрев на булавку, украшенную жемчугом, объяснила Териона.
14. Секреты
14. Секреты
Одеревеневшее тело совсем перестало подчиняться Медее, и она почувствовала, что сползает со стула.
— Погоди, — её заботливо придержали и усадили ровнее. — Сейчас постелю для тебя обёртку, тогда можешь укладываться. — Териона стащила с постели покрывало и расправила его на полу у ног своей гостьи. — Теперь можешь падать. Или ещё поговорим? — Девушка как ни в чём не бывало уселась на свое место и отпила чай. — Остыл, — грустно вздохнула и выплеснула остатки в кружку Медеи. — Ты ведь не против? — похлопала ресницами, зная, что ей не ответят. Издевалась. Изображая примерную девочку, Териона налила себе свежего напитка из чайника. — Обожаю мяту и жасмин, — призналась и с наслаждением сделала глоток. — Так приятно, когда можешь позволить себе такое. Высший сорт. Это не мутная жижа, как разливали в доме моих родителей. Ох уж эта вечная экономия и бедность. Ненавижу. Но тебе не понять, ты ведь у нас золотая девочка.