Секунда-две — и я вылетаю на големе в лёгкий подлесок. За пару шагов до вырубленного пространства снова отпускаю голема, кладу наблюдателя на землю, забираю с собой шарики амулетов и с удовольствием смотрю на то, что сделали мои ребята за эти пару недель.
Абсолютно вычищенное, можно сказать, даже выкорчеванное поле. До форта метров триста. Отсюда я, конечно, не могу понять, сколько там сейчас людей, но уверен, что кто-нибудь из наблюдателей точно присутствует.
Хутор вообще не узнать. Если бы я не знал, что здесь было раньше, подумал бы, что вышел к какому-то другому месту. Во-первых, вокруг поднялись каменные стены — пускай довольно небольшие, но всё-таки каменные и основательные. Во-вторых, площадка для дирижабля появилась в самом форте. Более того, сейчас на ней как раз дирижабль и находится — по крайней мере, из-за стены видно край баллона и строящийся огромный ангар перед фортом, видимо, для обслуживания воздушного корабля.
Отсюда пока особо ничего больше не видно, но изменения меня уже поражают.
Выхожу из подлеска — и не проходит пары минут, как из-за ворот форта, обращённых к пятну, выезжают два лёгких мобиля. Похоже, всё-таки что-то из Орши перегнать они смогли. Интересно.
Глава 5
— Господин Рысев! — мгновенно узнаёт меня молодой боец, как только мобиль подъезжает достаточно близко.
За рулем и первого мобиля и второго сидят узнаваемые мной родовичи. Оба вооружены карабинами и с активными амулетами. Оба мне давали клятву. Обоих я смутно помню. Если напрягусь, то и имена вспомню. Ага. Даже и не сложно.
— Есть такое дело. Приветствую вас, Иван и Николай, правильно? — киваю каждому в отдельности.
Молодой боец улыбается и кивает. Второй боец, постарше, уважительно здоровается и степенно подтверждает:
— Да, господин Рысев. Правильно. Мы рады вас видеть на ваших землях!
Оба подъезжают на мобилях охотников — таких же, на которых меня в своё время возила Прозоровская со своей группой. Без крыши, но с широкими дутыми колёсами, поэтому по болотистой почве, которой здесь просто очень много, те идут замечательно.
— Я вам там наблюдателя захватил, — показываю в кусты на лежащего незнакомого парня. Тащить его не особенно хочу даже телекинезом.
— А! Этого мы знаем. Это от наших соседей, — тут же уточняет Иван, парень помладше.
— И почему даёте ему смотреть? — удивляюсь.
— А что он с этого ракурса интересного увидит? — усмехается Николай, встречающий постарше. — Всё интересное — за стенами, отсюда не видно. Запретить ему здесь находиться, мы не можем. Пятно — это императорская вотчина, а границы он не пересекает.
— Зря, наверное, я его тогда оглушил. — хмыкаю. — Разбудить?
— Нет, не надо. Господин Рысев, не беспокойтесь, мы про них знаем, и когда они меняются — знаем. Даже в их записи заглядывали. — младший встречающий более словоохотлив.
— И что там? — интересуюсь.
— Они просто снимают схему работы патрулей. — уточняет Николай. — Мы им позволяем, потому что у нас это всё динамически меняется. Они до сих пор пытаются вычислить закономерность. Пусть пытаются — нам не жалко.
— И много их таких? — удивляюсь.
— От обоих наших соседей они меняются через день. — смеется Ваня. — Похоже, соседи в команде работают.
— И никого это не беспокоит?
— Глеб Викторович сначала считал, что нужно с ними поговорить, — говорит Ваня, — потом, когда они сменялись не раз и мы одного из них взяли, посмотрел с их насиженных мест, прикинул, что они могут увидеть, походил, посмотрел их записи. А потом стены подняли, и в общем, теперь наплевать.
— Ладно. Обратно до его дерева его доставите? — Вытягиваю пси из наблюдателя.
— Так не нужно, оставьте здесь. Хищников нет — мы за этим хорошо следим. У нас две бригады постоянно чистят на глубину до километра. Даже за засеки выходим. Так что проснётся, обратно залезет. С ними такое через раз бывает, — смеется молодой парень. Николай тоже ухмыляется.
— В смысле?
— Нам же тоже не нравится, что они следят. Раньше вообще подходили прямо к границе — вот сюда, где мы сейчас стоим. Но мы молодняк натаскиваем — кто тише подберётся. Так что для них это совершенно неновая ситуация. Просто с каждым разом они всё более и более интересные места занимают. Этот ведь на дереве сидел, правда?
— Да, — говорю.
— Ну вот, мы его там уже второй день пасём. Пока не знали, как к нему подобраться так, чтобы незаметно было. А то щит включит, и вроде как в домике. Примчится летучий отряд соседей, ныть будут, что мы-де охотнику мешаем, который мимо шел, цветочки нюхал. Ничего не добыл, вот и причины для задержания нет. А мы на него нападаем. Обломов пару раз с ними собачился. Теперь те, кто не смогли подобраться — наряд вне очереди получают.