Выбрать главу

Никакого лифчика. Облегающая майка из тонкой ткани. Дерзкие, кожаные брюки и высокие шпильки. Все черное. Потому что для меня это не праздник, а почти похороны.

Ваши похороны.

Я усмехаюсь криво, а потом начинаю медленно продвигаться вперед. Раньше мне казалось, что такое бывает только в кино, однако, нет. Толпа расступается передо мной, как вода расходилась перед Моисеем. Только я не святая и не пророк.

Хотя…может быть несмотря на то, что я черное пятно в райской куще, во мне больше света, чем в них во всех вместе взятых?…

Бывает же такое, да? Когда все с ног на голову переворачивается. Вверх тормашками.

Останавливаюсь. Родители смотрят на меня неотрывно. Мать подается чуть вперед, потом бросает взгляд на отца. Конечно. Она без его разрешения и рта не раскроет.

Раздражает.

Я вижу в ней слабость, которую помню и в себе. Которую я ненавижу. Поэтому отвожу глаза, чуть их закатив.

- Здравствуй, отец, - проговариваю спокойно, но сердце в груди бьется дико быстро. Я чувствую каждый его удар всем своим телом.

Он пару мгновений молчит. Пристально разглядывает мое лицо. Скорее всего, ему не нравится то, что он видит, но я уже об этом говорила. Повторяю, ведь мне то это как раз наоборот…приносит почти такое же физическое ощущение тотального удовлетворения.

Взгляд мне за спину. На мое сопровождение. Он чуть хмурит брови, но потом возвращается к моему лицу, сглатывает и кивает.

- Здравствуй, Ясмина.

Голос хриплый. Это почти надрыв? Или мне кажется?

Ха! Конечно, это всего лишь показетельное выступление. Нет, серьезно. Ты великолепный актер, но теперь все действительно повернулось вверх тормашками, потому что я больше не верю. Ни одному слову, ни одной интонации, ни одному взгляду.

«Урок»

Мина

- Здравствуй, отец.

Мой голос звучит тихо и спокойно, но из-за того, что на поляне стоит оглушающая тишина, он почти похож на гром среди ясного неба.

Забавно.

Я стою спиной ко всем этим жирным, богатым властителям жизни, но прекрасно понимаю, что там происходит. Так уж вышло, что хороший скандал — это лучшее, самое яркое, что происходит в их скучных (если так подумать), до ужаса определенных жизнях, и они все, даже мужчины! (Особенно мужчины порой), буквально вытянули шеи, чтобы не упустить ни единого слова, сказанного мной или моими родителями. Конечно, их винить сложно. Возможно, мне тоже было бы любопытно, как отреагирует законная жена на наличие любовницы мужа, которую он не прячет, а наоборот выставляет на всеобщее обозрение, как свое самое ценное сокровище.

Называет ее женой…

Да…спорю на что угодно, той прошлой Ясмине, милой девочке Ясе не выжить в этом обществе. Нет, она бы точно здесь не выжила…

Столкнуться с сотнями глаз, обращенными на тебя — это сложно. А знать, что они обсуждают тебя? Перемывают кости? Пока от них не останется одна лишь труха? Гадают…что же с ней не так, раз молодая, довольно-таки привлекательная девушка не смогла удержать своего мужа рядом? Она фригидна? Она бревно? Она малахольная? Что. С. Ней. Не. Так…раз ее семейная жизнь стала настолько трагичной?

Она ничтожество.

Вот именно это они все обо мне и говорили бы. Я точно знаю. Она — ничтожество. Потому что позволила мужу непросто завести любовницу. О нет, это было бы слишком легко, почти прозаично и точно до боли жизненно. Он настолько ее не уважает, что даже не прячет свою шлюху, как это делают остальные. Он приблизил ее, поставил рядом и светит ей, как нагрудной медалью за великую победу — вот это, конечно, круто. Мощно. Хорошая история получается.

Значит, мы тоже можем ее не уважать.

А-а. Вот с этим я в корне не согласна. В нашем мире, если ты женщина, то, пожалуй, уважение и твое имя — вот что значит все. На самом деле. Поэтому ситуация будет разворачиваться так, как я хочу. А не они. И могла бы по-другому? Спросите вы…конечно, могла бы. Мне несложно набрать номер родителя и сказать ему, что я приехала, а ему следует увести под тупым предлогом остальную часть нашей потрясающей семьи для серьезного разговора, но…не стану этого делать.

Ни за что.

Никакой жалости.

Наблюдаю за отцом молча пару мгновений. Это приносит мне буквально ощутимое удовлетворение, от которого — да! Не стыдно признаться. Я ловлю кайф.

Краем глаза замечаю движение справа. Сложно на него не отреагировать, для этого приходится приложить максимум своих внутренних сил, потому что…на него я всегда привыкла реагировать.