Усилия, направленные папой на финансовое уничтожение дома Медичи, принесли свои плоды. Банкирский дом Медичи испытывал серьезные финансовые проблемы, разрешить которые без крупных денежных вложений было невозможно. Именно это обстоятельство заставило одного из заговорщиков — Ренато — решительно выступить против плана папы, в основе которого лежало физическое устранение Медичи. Зачем подвергать себя опасности, доказывал заговорщикам Ренато, когда следует чуть-чуть подождать. Нужно предложить Медичи денежный заем под высокий процент, от которого они не смогут отказаться, чтобы хоть как-то спасти свое положение, и затем довести Медичи до разорения.
Этот путь уничтожения Медичи был верным, но слишком долгим. Несмотря на запутанность финансового состояния дел Медичи, талант Лоренцо Великолепного мог затянуть агонию некогда богатого торгового дома на годы. Утратив монополию на продажу квасцов и право распоряжаться папской казной, Медичи постепенно бы обанкротились. Лишение финансовой устойчивости Медичи незамедлительно привело и к утрате политической власти над Флоренцией.
Могли бы заговорщики услышать здравый смысл, скрывавшийся в словах Ренато? Жажда власти и ненависть к Медичи не давали возможности заговорщикам прислушаться к его словам. Главный из заговорщиков — Франческо Пацци — уже видел себя во главе республики. Желание Франческо Пацци расправиться с Медичи поддержал и Джироламо Риарио, видевший угрозу папскому двору в усилении власти Медичи. Мечтал о мести и папа Сикст IV, почтенный возраст которого не позволял мешкать.
Проникнув в собор, заговорщики ждали сигнала, чтобы, обнажив клинки своих мечей, расправиться с ненавистными Медичи. Сигналом для начала кровавой резни в храме послужили слова причастия, произнесенные священником: «Agnus Dei, qui tollis peccata mundi: miserere nobis» (в пер. с лат. «Агнец Божий, берущий на Себя грехи мира, помилуй нас»). Вслед за этими словами раздался удар церковного колокола, возвестившего прихожанам о начале вознесения Святых Даров.
В тот момент, когда атмосфера службы еще окружала всех присутствовавших в храме, в смирении преклонивших колени перед алтарем, заговорщики вынули клинки из ножен. Первым получил удар клинком младший брат — Джулиано. Предательский удар меча в голову поразил коленопреклоненного Джулиано, лишив его шанса на спасение. Вслед за первым ударом Бернардо Бандини нанес Джулиано, упавшему на пол собора, второй удар кинжалом в грудь, а затем наступило время безудержной ярости, которую выплеснул на беззащитного противника Франческо Пацци. По свидетельству очевидцев трагедии, Пацци наносил в уже бездыханное тело удар за ударом. Всего, по заключению экспертов, проводивших эксгумацию останков Джулиано, было нанесено 19 ран.
Вторая группа заговорщиков должна была расправиться с Лоренцо. В эту группу входили Маффеи и Баньоне, а возглавлял ее Джакоппо Пацци, старший из братьев Пацци. Однако, несмотря на мощную поддержку заговорщиков испанцами из свиты кардинала, Лоренцо счастливым образом избежал смерти. Клинки заговорщиков смогли ранить его в шею, но рана не была смертельной. Отбиваясь от нападавших мечом, в окружении своих единомышленников Лоренцо Медичи чудом удалось выбраться из собора, на полу которого осталось лежать недвижимое растерзанное тело любимого брата.
Понимая, что судьба не дает ему шанса на передышку, Лоренцо уже спустя час после заговора обращался к народу Флоренции, стоя на балконе дворца Медичи. Вместо привычных двух фигур братьев Медичи перед собравшейся толпой возвышалась одна окровавленная фигура Лоренцо Великолепного. Бледность его скорбного лица, кровавые повязки, торопливой рукой наложенные на шею, и спокойная мужественная речь, с которой Лоренцо обратился к народу Флоренции, заставили жителей города встать на сторону Медичи. Что мог сказать народу политик, еще не успевший предать земле тело коварно убитого брата и горящий огнем мщения? Надо отдать должное таланту и выдержке Лоренцо. Обращаясь к флорентийцам в надежде обрести так необходимую ему силу и поддержку, он призвал их держать себя в руках, чтобы суметь свершить справедливость, не причиняя вреда невиновным. О себе Лоренцо лишь скромно добавил, что его рана не опасна. Толпа, собравшаяся у стен дворца, замерла, но лишь на мгновенье, чтобы затем разразиться громкими криками радости! Ради Лоренцо Медичи флорентийцы были готовы на все.
В то время как Лоренцо искал поддержку у народа, часть заговорщиков, пытаясь спасти положение, которое с каждой минутой становилось все более и более трагичным для них, направили небольшой отряд во главе с архиепископом Сальвиати, чтобы силой захватить дворец Синьории. Понимая, что ему необходима поддержка, чтобы захватить власть в городе, архиепископ решился на политические переговоры с гонфалоньером справедливости Чезаре Петруччи. Предлагая в обмен на политическую поддержку продвижение по политической лестнице сына, архиепископ не сумел добиться необходимого союза.
Не располагая информацией о произошедшем убийстве, но чувствуя надвигающуюся опасность, проницательный Петруччи арестовал архиепископа, а его тридцать подручных оказались запертыми в потайной комнате, куда они попали, доверившись Чезаре Петруччи. Сам Чезаре Петруччи, имея под рукой лишь несколько вертел от очага, кочерги и другие средства, вооружив прислугу и членов городского совета, своих соратников, поднялся на башню Синьории, откуда он ударил в набатный колокол, возвестивший об опасности, подстерегающей республику.
Не сумев убить Лоренцо Медичи, Джакоппо Пацци собрал около сотни человек союзников, выехал на улицы Флоренции и начал призывать горожан к свержению ненавистных ему тиранов Медичи. «Народ и свобода!» — кричал Джакоппо, обращаясь к флорентийцам, пытаясь разжечь недовольство кланом Медичи. Однако, к ужасу Джакоппо, народ Флоренции не только не поддержал его, а, напротив, он и его союзники оказались забросанными градом камней. При этом отовсюду неслись крики: «Долой предателей!» Поняв, что симпатии флорентийцев отданы Медичи, Пацци поспешил в свой дворец, где на постели истекал кровью его младший брат Франческо, пораженный мечом в бедро во время неудачного нападения на Лоренцо Медичи.
Джакоппо все еще не оставлял надежды на помощь Рима, но с каждой минутой надежда таяла. Тогда Пацци решились бежать из города, чтобы сохранить себе жизнь. Но время было упущено. Лоренцо Великолепный жесткой рукой проводил в жизнь свой план мести. Оказавшийся в ловушке отряд перуджийцев, состоявший из 30 человек, был отдан на растерзание толпе. Обезображенные трупы были выброшены на площадь. Не препятствуя желанию разгоряченных кровью и видом смерти флорентийцев поживиться за счет проигравших, Лоренцо отдал на разграбление дома сторонников папы и Пацци. Толпа, ворвавшаяся во дворец Пацци, обнаружила лежавшего в бреду Франческо Пацци. Обнаженного и окровавленного Франческо толпа безжалостно выволокла из дворца, повесив его так, что тело свисало из окна Палаццо Веккьо.
Не смог избежать смерти и архиепископ Пизы. Связав руки несчастному, толпа выбросила его из окна, где внизу болталось тело Франческо.
Утро следующего дня началось с казней. Теперь на окнах дворцов Синьории и Подесты, служивших местом для заседания полиции республики, зловеще висели трупы заговорщиков. Были казнены члены семьи Сальвиати, включая слуг. Но на этом жестокая расправа не была закончена. Каждому, кто оказывался в числе подозреваемых в соучастии в заговоре Пацци, грозило быть отравленным либо заколотым беснующейся толпой. Тела убитых с невероятной жестокостью расчленялись, а отрезанные головы вешались на пики. Лоренцо с равнодушием смотрел на ужасы, происходившие в городе. Его не трогали мальчишки, игравшие отрубленными человеческими ногами и руками, и хозяйки, в котел которых в те дни попадали человеческие мясо и печень. Улицы города багровели страшными сувенирами в виде отрезанных ушей или выколотых человеческих глаз.
Среди убитых оказался и Ренато Пацци, активно выступавший против заговора. А вот Бернандо Бан-дини, нанесшему первый удар по Джулиано Медичи, удалось чудом покинуть Флоренцию. На неаполитанской галере он прибыл в Константинополь, но год спустя был возвращен во Флоренцию после ареста, произведенного султаном Мухаммедом II, выполнившим личную просьбу кузена Лоренцо Медичи — Антонио де Медичи, служившего послом при дворе султана. Год спустя Бернандо Бандини вернулся во Флоренцию в турецкой одежде, в которой его повесили по приказу Лоренцо в окне дворца подесты. Невольным свидетелем казни оказался молодой Леонардо да Винчи. В его альбоме сохранился рисунок повешенного Бернандо ди Бандини Баронкильи, сопровождаемый комментариями художника.