— Изольда? — я осторожно отстранил её, удерживая за плечи. — Что случилось?
Она отступила на полшага, быстро оглядев меня с головы до ног.
— Ты в порядке, — скорее констатировала, чем спросила она. — Слава богу.
Её глаза лихорадочно блестели, она нервно облизнула губы:
— У нас проблемы. Огромные проблемы!
— Какие ещё…
Оглушительный взрыв прервал мои слова. Стёкла в окнах задребезжали, с потолка посыпалась штукатурка. Где-то во дворе раздались крики и выстрелы.
Я мгновенно среагировал, затаскивая Шальную в дом и захлопывая дверь.
— Всем на пол! — крикнул я, оглядываясь на застывших в шоке домочадцев.
— Что происходит? — мать прижала руки к лицу.
— Нападение, — коротко бросил я, бросаясь к окну.
Сквозь щель в шторах я увидел, как возле ворот разворачивается настоящая перестрелка. Несколько фигур в чёрном пытались прорваться на территорию, но охрана особняка и люди Бестужева встретили их плотным огнём.
Серия выстрелов разорвала вечернюю тишину. Нападавшие упали, сражённые метким огнём охраны. Остальные залегли за воротами, периодически высовываясь, чтобы сделать выстрел.
— Они не пройдут, — уверенно произнёс Бестужев, возникая рядом со мной. — Мои люди профессионалы.
Дед медленно, но уверенно подошёл к нам, его трость стучала по полу в такт шагам. Лицо его оставалось спокойным, словно уличная перестрелка была для него привычным делом.
— Может, стоит помочь твоим людям? — спросил он, глядя на Бестужева. — Вижу, нападающих многовато.
Дед улыбнулся уголками губ, его глаза внезапно стали жёсткими и холодными. Он поднял трость и резко стукнул ей по полу.
В воздухе появилось лёгкое мерцание, а затем, словно из ниоткуда, материализовались призрачные фигуры. Воины в древних доспехах, с обнажёнными мечами и копьями, их тела полупрозрачны, но внушали ужас. Фигуры заполнили гостиную, молчаливые, грозные, излучающие неземную силу.
Бестужев отшатнулся, его лицо побелело. Мать с Алёной прижались друг к другу, глядя на призраков расширенными от страха глазами. Изольда, к моему удивлению, сохраняла относительное спокойствие, хотя и побледнела.
— Что это? — выдохнул Бестужев, не сводя глаз с ближайшего воина. — Кирилл, что всё это значит?
Дед поднял руку, собираясь отдать приказ своим призрачным воинам, но я опередил его:
— Не надо, — твёрдо сказал я. — Охрана справится.
Дед бросил на меня внимательный взгляд, затем кивнул. Он снова стукнул тростью, и призраки начали таять, растворяясь в воздухе, как утренний туман под лучами солнца.
— Как скажешь, — просто ответил он. — Ты глава рода.
Бестужев переводил взгляд с меня на деда и обратно, его лицо выражало смесь потрясения и недоверия.
— Что здесь творится? — пробормотал он. — Ефим так ты всё-таки передал наследство?
— Я… — пожал плечами дед. — Всем управляет Кирилл.
— Кирилл? — Бестужев повернулся ко мне.
Я не успел ответить. Выстрелы снаружи постепенно стихали, а затем наступила относительная тишина, нарушаемая лишь отдалёнными криками.
— Кажется, всё закончилось, — произнёс я, выглядывая в окно.
Действительно, нападавшие либо лежали неподвижно. Охранники осторожно приближались к воротам, держа оружие наготове.
— Слава богу, — выдохнула мать, опускаясь на ближайший стул. — Что же это было?
— Это по мою душу, — криво улыбнулась Изольда, поправляя растрёпанные волосы.
— И ты притащила это всё в наш дом? — недоверчиво спросила Алёна, впервые обратив внимание на неожиданную гостью. — А ты кто вообще?
— Алёна! — одёрнула её мать. — Где твои манеры?
— Всё в порядке, — моя компаньонка протянула руку. — Изольда, партнёр вашего брата по бизнесу. Мы вместе открыли клинику.
— Так ты его девушка? — глаза Алёны загорелись любопытством.
— Алёна! — снова воскликнула мать, но в этот раз с ноткой смущения.
Шальная рассмеялась, и её смех звучал неожиданно мелодично для такой напряжённой ситуации:
— Нет, мы исключительно деловые партнёры. Хотя… — она бросила на меня хитрый взгляд. — Будущее непредсказуемо.
Мать подошла к Изольде, её лицо выражало искреннюю озабоченность:
— Девушка с вами всё в порядке? Может быть, вы хотите воды? Кушать? Или…
— Всё теперь в порядке, благодарю, — улыбнулась Шальная. — Тут мне ничего не угрожает, тем более, когда ваш сын рядом.
— Так ты его девушка? — никак не унималась сестра.
— Алёна! — мать повысила голос.
— Что? — удивилась девушка. — А тебе самой неинтересно?
— За мной охотятся, уже шестое покушение, — посмотрела на меня Изольда. — Как ты уехал, переключились на меня.
— Понял, — кивнул. — Тогда оставайся пока у нас.
— Сколько гостей в нашем доме! — обрадовалась мать — Давно такого не было. Ирина Леонтьевна, мы сможем всех устроить?
— Да, госпожа, — подтвердила женщина.
— Мне кажется, — мать повысила голос, — нам всем нужно успокоиться и хорошенько поужинать. После всех этих событий необходимо восстановить силы. Тем более сынок и мой отец вернулись.
— Так ты передал наследство? — поинтересовался Бестужев у деда.
— Нет, — показал старик головой.
Улыбнулся дед, а вот князю было не смешно. Он то смотрел на меня, то на своего старого друга. Рядом что-то говорили и все одновременно.
— Прекрасная идея, Вера Ефимовна, — поддержал Бестужев мою мать не спуская глаз с меня.
Он повернулся к деду:
— Так что с наследством? У кого? Кто? И как ты выздоровел, ведь бы говорил…
Дед пожал плечами:
— Я просто поправился, Пётр. Что в этом такого удивительного? Врачи ошибаются, даже самые лучшие.
— А родовое капище? — не унимался Бестужев.
— Всё там же, где и было, — дед усмехнулся. — А что касается наследства? Всё осталось в моих руках до лучших времён. Теперь торопится не нужно.
Бестужев снова перевёл взгляд на меня, в его глазах читалось подозрение.
Алёна тут же возмутилась, что наследство есть у дедушки, а ей об этом ничего неизвестно. Тем более, что он был болен. Девушка уставилась на меня обиженными глазами. Шальная попыталась подхватить под руку. Мама и Ирина Леонтьевна давали рекомендации слугам и пытались сподвигнуть всех двигаться в столовую.
Алёна потащила меня в одну сторону, Шальная держала с другой. Мать звала ужинать. Бестужев о чём-то спорит с дедом. От шума, гама и суматохи начала болеть голова. Вернулся, называется домой… Выдохнул и перевёл взгляд на Колю, что появился.
Внезапно мой телефон снова зазвонил.
Достал телефон из кармана. Номер на экране был мне незнаком. Мелодия звонка смешалась с шумом голосов всех, кто находился в гостиной. Я с трудом различал её в этом гомоне, потому, не обращая внимания на тех, кто что-то мне говорил, вышел к лестнице на второй этаж и принял вызов.
— Кирилл Дмитриевич? — раздался в трубке смутно знакомый голос.
— Он самый, с кем я говорю? — ответил, прижав правую ладонь к уху. Кажется, в гостиной не заметили моего отсутствия, или сочли его недостаточным, чтобы прервать разговоры.
— Проректор по внеучебной занятости студентов, Шелестов Лаврентий Петрович, — представился голос.
Точно, Шелестов! Вот чей голос.
В голове тут же мелькнула гадкая мысль, что я ни разу не вышел на дистанционные занятия, да и по времени явно пропустил день возвращения. Неужели звонит сообщить о моём отчислении?
— Добрый вечер, Лаврентий Петрович, — глубоко вздохнув, произнёс я, — если Вы насчёт моих пропусков, то у меня есть уважительные причины…
— Знаю я ваши причины, Орлов, — забубнил в трубку проректор. — Можете выдыхать, как бы я ни хотел и ни пытался, но отчислить вас не вышло.
О как! Видимо Тайная Канцелярия решила мои проблемы в академии бонусом к остальному договору.
— Тогда зачем Вы звоните? — поинтересовался я.