- Везите его в реанимацию.
Я прикрыл нос и рот рукавом халата. В это время я не мог думать ни о чем, кроме того, что кровь может неожиданно брызнуть фонтаном и задеть меня, попасть в рот или куда-нибудь еще. Это будет иронично: ты учил инфекционные болезни - гепатиты, ВИЧ - знал, что нужно делать, чтобы обезопасить себя, но умудрился подхватить на производственной практике. Я не видел, откуда шла кровь, казалось, мужчина разодрал себе половину лица до мышц и сосудов. Возможно, была повреждена артерия. Залить пол кровью за такой маленький промежуток времени можно повредив артерии. Кровь будет брызгать, как фонтаны на заливе, пока полностью не вытечет из сосудистого русла.
Пациента увезли в реанимацию, а санитарка сказала:
- Иди в отделение.
Я послушно ушел, не проронив ни слова. В сознании, словно образовался вакуум, где не было ничего, кроме этого «кап-кап-кап».
Курение, даже обычное желание, способно покалечить или убить. Я помню, как нам рассказывали о несчастном случае в городской больнице №1. Тогда была зима, и балконы покрылись льдом, но пациент все равно хотел выкурить сигарету. Пошел и поскользнулся. Курить пациент выходил на одиннадцатом этаже.
Инцидентов, вроде того, что я видел, на моей практике больше не происходило.
Леня с каждым днем сокращал свое пребывание на практике в БСМП. Каким-то чудом ему давали работу только один раз за две недели. Это было в урологическом отделении, в первый день. Он сидел на самом видном месте, листал новости. К нему подошла старшая медсестра и сказала, чтобы он пошел помогать в перевязочный кабинет. Леня пригладил хирургическую рубашку и пошел в перевязочную, где медсестра уже собирала инструментарий для процедур. Перевязочная медсестра с теплотой приняла Леню. Она рассказывала ему, что и где находится, куда и когда складировать.
Через десять минут, Леня вместе с медсестрой пошли по палатам. Они зашли в самую крайнюю, расположенную рядом с дверьми, через которые можно было попасть в другое крыло больницы. В палате лежало шесть взрослых мужчин. Леня чуть не споткнулся о инвалидную коляску.
Медсестра подошла к койке, где лежал инвалид. Он был худым, лысым.
- Готовы? - полная жизни спросила медичка.
- Да, - ответил пациент и начал спускать трико, а затем и трусы. У Лени чуть глаза не полезли на лоб, когда он увидел отверстие размером с пуговицу на ягодице пациента.
Медсестра обрабатывала отверстие по кругу. В самой дырке, Леня не мог назвать это иначе, выделялся творожистый гной. Промыв отверстие, осталась белая масса, больше похожая на зефир. Медсестра взяла длинную металлическую палочку и ввела ее в отверстие. «Зефир» противно шевелился, растягивал кожу на ягодице. Еще немного и весь завтрак выйдет наружу, думал Леня.
Когда медики вышли из палаты, голова Лёни начинала кружиться, а в горле застрял комок желчи. Они пошли в другую палаты, оставив до этого ненужный инструментарий и заменив его новым. Они зашли в палату, где лежали женщины, подошли к бабушке, рядом с которой сидела, судя по всему, дочь. Медсестра убрала с пациентки одеяло, развязала халат, тем самым обнажив пациентку. Чуть выше таза были наложены швы, по середине - резиновая трубка. Операция на мочевой пузырь, подумал Леня, проблемы с мочеиспусканием. Это было обычным случаем, когда старики не могли сходить в туалет по-маленькому.
Медсестра начала менять швы, до этого обработала шрам от недавней операции зеленкой. Пациента начинала постанывать от щиплющего эффекта зеленки. Леня подавал повязки, делал надрезы, чтобы между ними могла торчать трубка. Медсестра промывала катетер водой.
Они закончили и вернулись в процедурный кабинет. Через пару минут пришел мужичина средних лет с торчащим катетером. Медсестра попросила его снять шорты. Леня ощутил дискомфорт между ног. Медсестра взяла катетер и начала его вытаскивать из члена. Лицо мужчины скривилось, сморщилось от боли. Крапинки крови виднелись на вытащенной части катетера. Леня закрыл глаза на одну секунду, попытался выбросить эту картину у себя из головы. Как же все-таки неприятно иметь проблемы с половой системой.
Леня вышел из перевязочного кабинет, прошел вдоль коридора в другую часть урологического отделения, где сидели его одногруппники. Они разлеглись на диване, смотрели, как мимо них ходят пациенты, медсестры и врачи. Всем было все равно на них, им было пофиг на всё.
- Что мы тут забыли? - задумался вслух Леня.
- Я хочу вернуться в ГКБ, - сказал Женя. - Там и работа всегда была, и мы бы практиковались только в одном отделении. Кстати, пока тебя запрягли, с нами здесь Виталя с Алексеем были.