Редкому зеваке могут пояснить, что здесь собираются люди, поддерживающие истинную Церковь, которая была ещё до Раскола. Тут знатоки начинали вспоминать Великую Схизму 1054 года, но их сразу осаживают рассказами о патриархе Фотие I, противившемуся прозелитизму римских католиков, привнёсшими ересь даже в Символ Веры, а это 9-й век. Если слушатель высказывается положительно о тогдашних константинопольских патриархах, его давят фактами о восточной пышности и привнесённой крамоле.
Так как даже учёные богословы знали о тех событиях лишь по верхам, ведь больше чем за тысячу лет многие подробности были напрочь забыты, то они проигрывали в споре твердолобым ортодоксам, которые сохранили, по их словам, исконные обряды и подлинный, неправленый, текст Библии.
Во дворик часовни этих фанатиков и пришёл Джек Нельсон. На лавочке его ждал пожилой человек в скромной, однако добротной одежде. Говорили они между собой на прекрасном языке книг Овидия, весьма далёком от современной кухонной Латыни врачей и плохо затверженных фраз большинства церковников.
— Друг мой, — так Нельсон обратился к собеседнику, — мне нужно несколько верных людей. Так как важен маленький рост, то лучше, если это будет семья с ребёнком. Отрок вытащит закладку из тайника в церкви, а взрослые прикроют его действия.
— Что делать с содержимым?
— Всё пойдёт на нужды вашей общины. Там должна быть приличная сумма. Но если вдруг в кладе найдутся необработанные алмазы, то их необходимо передать мне. Они в розыске, камни ни в коем случае не должны увидеть посторонние.
— Сделаем. Куда и когда послать людей?
— Срок не столь важен, просто не затягивайте надолго. А место клада и остальные подробности внутри вот этой коробки.
— Более чем своевременное дело. У нас появились неофиты, вот их и проверим в деле. Да и деньги никогда не бывают лишними.
— Тогда последнее. Вокруг меня начинается лишнее мельтешение. Скорее всего, мне нужно будет на время скрыться. Год или два я не буду появляться в городе. Ещё не решил, возможно, уеду в Старый Свет. Словом, связь держим только через почту по прежнему адресу. Там будут знать, где я обитаю. Ещё нашёл одного юношу. Он молод, но перспективен. Что-то могу передать через него.
— Надеюсь, гонения не будут слишком продолжительными. Если от нас что-нибудь нужно или как-то мы можем помочь…
— Благодарю, друг мой. Если потребуется, не постесняюсь, обязательно попрошу помощи.
После вчерашнего налёта полиции в клубе царило уныние. Четыре хороших парня, которые находились в розыске, остались в участке и очень нескоро вернутся сюда в следующий раз, чтобы пропустить стаканчик чего-нибудь крепенького и оценить стройность ножек девочек из варьете.
За остальных уже внесли залог, и бывшие арестанты разбрелись по своим норам отлёживаться после бессонной ночи. Кое-кому было не очень просто набрать достаточное количество монеток для обретения свободы. Такие сразу пошли к дружкам, чтобы поблагодарить или к кредитором, для уточнения условий займа. И с теми, и с другими затягивать никак нельзя — приятели могли обидеться, а заимодавцы резко увеличить сумму возврата.
По местным понятиям, залог был священен, деньги на него давались быстро и без долгих разговоров. Но и вернуть кредит было необходимо как можно быстрее. Вдруг новая посадка?
Том, владелец клуба, понёс большие убытки. Кроме всего прочего, он оплатил услуги белого адвоката, иначе задержавшихся в участке было бы значительно больше. Что-то пришлось кинуть в пасть наглого лейтенанта, устроившего облаву, что-то надо было рассовать по карманам более мелких чинов.
Однако к утру полицейские покинули «Джаз-бистро», даже не заметив склад с контрабандным спиртным, поверив, что все местные девочки артистки или официантки и не оказывают иных услуг в интимных уголках заведения. Не заглянули полицейские даже за дверь, ведущую в зал со столами, покрытыми зелёным сукном, и конторками, с наспех сметёнными в лотки покерными фишками. Словом, облава закончилась тихим пшиком. Никто не пострадал, кроме как финансово, понятно, не считая четырёх парней, попавших под раздачу. Но они сами выбрали себе работу, любой бандит должен заранее готовиться к тюрьме.